Читаем Волчье лето полностью

— Продай немного наркотиков. Не мне, а еще кому-нибудь.

— Какие наркотики? — автоматически спросил Кеннет, уже даже не пытаясь понять, что происходит. Его лучший друг сидит у него на кухне и угрожает ему, вымогая деньги.

— Которые лежали в «Хонде».

— В «Хонде» ничего не было.

— Нет, было.

— Откуда ты знаешь?

— Кое-кто мне рассказал.

— Кто?

УВ снова засомневался. Казалось, он был готов ответить, но передумал. Кеннет почувствовал, что УВ в любом случае соврет или утаит что-то. Не то чтобы это имело большое значение. Предательство уже не могло стать страшнее.

— Легавая, — наконец сказал он. — До них никак не доходит, что я завязал.

— Окей…

Больше сказать нечего.

— Нам правда нужны бабки, — произнес УВ таким тоном, что Кеннет услышал там не только объяснение ситуации, но и оправдание всего происходящего, потом отодвинул стул и встал. Кеннет ничего не говорил, даже не удостаивая УВ взглядом, только окликнул его, когда тот выходил в прихожую.

— Что будет, если я не раскошелюсь? Пойдешь в полицию? Тогда бабки тебе не достанутся.

— Возможность не оказаться снова за решеткой чего-то да стоит?

Риторический вопрос. УВ все знал. Они уже говорили об этом. Много раз. О том, что Кеннет не выдержит еще одну ходку. Потерять Сандру. Потерять все. Опуститься на дно.

Доверие и откровенность, которые сейчас использовали против него.

Он ошибался — предательство оказалось страшнее.

— Ты мог бы просто попросить. — В этот раз из глаз хлынули слезы, у него не было сил их сдерживать, и они просто текли по щекам. — А не угрожать. Я бы помог тебе. Мы друзья.

УВ повернулся и ушел. Что еще он мог сказать? Через пару мгновений Кеннет услышал стук хлопнувшей входной двери, звук удаляющейся машины, а потом наступила тишина, которая как будто поглотила весь кислород в помещении. Он сполз со стула вниз на пол — тяжело дышал и плакал.

Приятное утреннее чувство рассеивающейся тьмы осталось далеко, так далеко.

Прошло уже пять минут, как она пришла в сознание.

Она не двигалась, спокойно и равномерно дышала, голова свисала на грудь. На лицо падали волосы, но открыть глаза она не решалась — хотела, чтобы ни единый мускул не выдал, что она в сознании. Она попыталась, насколько это возможно, оценить ситуацию. Воздух пах землей, как в погребе, но сквозь неплотно закрытые глаза она улавливала дневной свет, так что предположила, что находится в сыром здании. Четыре голоса — в одном она узнала Ренé Фукé, остальные три, видимо, принадлежали мужчинами из отеля. У Кати болела челюсть, и она не преминула поругать саму себя.

За то, что позволила себе попасть в такое положение.

Позволила каким-то чертовым дилетантам взять себя в плен.

Да, он действовал хитро — послал двоих, которых она уже знала, чтобы она почувствовала себя уверенно, ощущая свое превосходство, а в это время ее поджидал третий. Но она влипла в такую ситуацию не поэтому.

Она схалтурила. И знала почему.

Все шло так легко, с момента ее приезда в Хапаранду. УВ выдал ей Йонте, тот вывел ее на Ренé, похожего на офисного сотрудника, который работал в ресторане быстрого питания и распространял наркотики в садовых гномах. Сам этот маленький сонный городишко убаюкал ее до ложного ощущения безопасности, усыпил ее бдительность. Одним словом, она его недооценила и поплатилась за это.

Хватит заниматься самоуничижением, пора выбираться отсюда.

Она сидела — это все-таки лучше, чем лежать. Руки завязаны за спиной, в кожу на запястьях впивается что-то узкое. Кабельная стяжка или что-то похожее, может, тонкий пластиковый шнур или резинка, точно не веревка. Жаль, веревка всегда немного поддается. Ноги поверх брюк привязаны к ножкам стула. Ножа, естественно, нет. Она бы предпочла потрогать пальцами, можно ли что-то сделать с кабельной стяжкой на запястьях, но не решалась пошевелиться. Пока ни один из услышанных ею голосов не звучал у нее за спиной, но там, возможно, все равно кто-то был, просто молчал.

— Приведи ее в чувство, — услышала она вдруг голос Ренé.

— Как?

— Просто сделай это.

Катя медленно пошевелила головой, чтобы избежать дилетантской попытки привести ее в чувство. Она подняла голову и слегка застонала, что не было притворством, у нее и правда болела шея после продолжительного сидения в одной позе. Она медленно открыла глаза и начала с трудом моргать, имитируя более сильную, чем было на самом деле, спутанность сознания. С каждым морганием она поворачивала голову, чтобы получить как можно больше информации о помещении и противниках.

Похоже, их пятеро.

Помещение, которое когда-то, видимо, служило кухней.