Читаем Войны Митридата полностью

Но чтобы до конца проникнуться римским благородством и добродетелями, приведу лишь один небольшой, но показательный пример. Это случилось во время восстания Аристоника, когда население Пергамского царства с оружием в руках отстаивало свою свободу от римской агрессии. Маний Аквилий, отец того самого провокатора, который втянул Рим в войну с Митридатом, прибыл в Малую Азию на подавление восстания. Повстанцев он победил, но какими методами! «Аквилий довел до конца азиатскую войну и, чтобы вынудить к сдаче некоторые города, отравил – о позор! – ядом источники. Это ускорило победу, но и обесславило ее, ибо, действуя грязными средствами, вопреки праву, установленному богами и обычаями предков, он, бесспорно, опозорил римское оружие, тогда еще священное и незапятнанное» (Луций Анней Флор). Здесь даже добавлять больше ничего не надо.

Вторая Пуническая война, 214 год до н. э. «Г. Пинарий в Сицилии командовал гарнизоном Энны. Магистраты Энны требовали от него ключей от ворот, которые он держал у себя. Так как он подозревал, что они как будто готовятся перейти на сторону пунийцев, он попросил одну ночь на размышление. Обрисовав солдатам коварство греков и приказав им быть готовыми на следующий день и ждать сигнала, он на рассвете в присутствии солдат заявил, что вернет ключи, если таково будет решение всех жителей Энны. Когда вследствие этого весь народ был созван в театр и требовал того же, обнаруживая желание предаться неприятелю, он дал солдатам сигнал и всех перебил» (Секст Юлий Фронтин).

Тит Ливий оставил красочное описание этой масштабной бойни: «Из воинов, державшихся наготове, одни с криком сбежали сверху в тыл собранию, другие плотно перекрыли выходы из переполненного театра. Началось избиение горожан, запертых внутри. Падали не только от меча, но и пытаясь бежать; люди валились друг на друга, в кучу: здоровые на раненых, живые на мертвых. Словно в захваченном городе бежали одни сюда, другие туда: всюду убегающие, всюду убийцы. Гнев у солдат не утихал; они избивали безоружную толпу, словно одушевленные опасностью, в пылу грозного сражения». Хороши герои! Резать с «воодушевлением» безоружных горожан – это не с ветеранами Ганнибала встретиться лицом к лицу на поле боя. Даже Ливий не нашел слов оправдания для своих земляков: «Так удержали римляне Энну – то ли злодеянием, то ли преступлением, без которого было не обойтись».

Гай Юлий Цезарь. Отличный полководец и талантливый политик, искренне не желавший проливать кровь сограждан, но очень жесткий человек, когда дело касалось тех, кто не был римлянином. Резня, которую будущий диктатор устроил в Галлии, была грандиозной. «Ибо за те неполные десять лет, в течение которых он вел войну в Галлии, он взял штурмом более восьмисот городов, покорил триста племен, сражался с тремя миллионами людей, из которых один миллион уничтожил во время битв и столько же захватил в плен» (Плутарх). В наши дни подобные действия характеризуются одним словом – геноцид. Вполне вероятно, что Плутарх преувеличил число жертв, понесенных галльским народом, но в том, что они поражали воображение современников, сомневаться не приходится. Отсюда и такие цифры.