Ле Клерк вытаращил глаза, но не от испуга. Если бы можно было проанализировать его ощущения, вероятно, оказалось бы, что он испытывает извращенное сексуальное удовольствие, подвергаясь насилию. Он кивнул – очень, очень осторожно, в знак готовности к сотрудничеству. Вытаскивая из его разинутого рта браунинг, Кевин звонко щелкнул металлом по зубам.

– Позови пилота. Пусть приземлится и зайдет в рубку. Сейчас.

Из разбитой губы Ле Клерка сочилась кровь. Она стекала по усам и капала с франтовато изогнутых кончиков.

Француз промакнул губу скомканной салфеткой и включил передатчик.

– Фаноль, спускайтесь. Явитесь ко мне.

– Принято.

Кевин выключил передатчик, приставил сбоку к подбородку Ле Клерка пистолет и легонько толкнул.

– Подойди ко входу.

Проходя мимо Айрис, Ле Клерк бросил на нее свирепый взгляд.

– Предательница.

– Она такой же заложник, как и ты, – вмешался Кевин. – Я заставил ее спрятать меня в своем бунгало.

Косой взгляд Ле Клерка показывал, что эти объяснения не кажутся ему убедительными. Небо над расчищенным участком, с выложенным белыми камнями ориентировочным знаком в виде буквы "X", разорвал рев вертолета. Пыль начала носиться в воздухе.

Кевин стоял позади Ле Клерка, прижимая к его почкам пистолет. Как только пилот выключил мотор, шум прекратился. Молча они смотрели на приближающегося пилота. Сама природа возбуждения такова, что оно продлевает ожидание. Пилот шел обычным шагом, но Кевину казалось, что он едва ползет.

Как только пилот вошел в рубку, Кевин захлопнул Дверь.

– Надень на него наручники, – скомандовал он Ле Клерку.

– Ты... – Глаза Фаноля расширились. – Ты американец!

– Какая наблюдательность, – процедил Кевин, следя за тем, как Ле Клерк приковывает своего товарища к тяжелому металлическому креслу. Состояние нервов Ле Клерка было ненадежным – его слишком сильно пугали, слишком много приказывали. В любую минуту он мог выкинуть какой-нибудь фортель.

– Теперь Айрис, – приказал Кевин.

– Наручников больше нет.

– Веревкой.

– Она там, в ящике, – показал Ле Клерк. Его глаза помутнели, как грязная вода. Его тело, сама поза без слов молили: «скажи да». Глаза показались опасно пустыми, камни в сырой глине.

– Ладно, возьми в ящике.

Айрис потом сказала Кевину, что все происходило так медленно, будто она накурилась марихуаны. Ле Клерк подошел к шкафу, выдвинул ящик, сунул внутрь руку... Когда он повернулся к Кевину, в его руке была не веревка, а «ингрэм» без глушителя. Короткое дуло уставилось на Кевина, как свиной пятачок. Браунинг в руке Кевина резко дернулся назад, и дырка размером с эйзенхауэровский доллар открылась в горле Ле Клерка. Сильная струя крови из пробитой артерии пульсировала, как причудливый фонтан.

Пилот вскрикнул от испуга.

– А я – нет, – сказала потом Айрис. – Я ни минуты не боялась, потому что знала: ты меня защитишь.

Они с Кевином помчались к вертолету. Кевин запустил мотор, мощные лопасти завертелись. Вертолет затрясся. Неподалеку взвыл мотор джипа – все ближе, все громче. Треск винтовочного выстрела прорезал гул лопастей. Кевин рванул вперед рукоятку, и вертолет взмыл в небо, как мыльный пузырь, подхваченный потоком теплого воздуха.

– Как здорово! – тоненько пропищала Айрис.

За секунду они взмыли на тысячу футов над островом и понеслись на юго-восток.

– В моем рюкзаке, – перекрикивая шум мотора, попросил Кевин, – должна быть черная коробочка – найди ее.

Айрис достала «тинкмэн» и протянула Кевину. На такой высоте возможности маленького компьютера сильно ограничены. Нужно добраться хотя бы до Брунея. Он знаком с одним экспортером, сотрудничающим с «Ричланд-ойл».

– Айрис, ты умеешь читать или писать?

Она напряженно выпрямилась, обдавая Кевина ароматом духов.

– И то, и другое, – гордо произнесла она. Гротескно подведенные глаза и брови придавали ей вид маленькой девочки, поигравшей маминой косметикой.

– Найди карандаш и кусок бумаги, – скомандовал Кевин, – и запиши вот что... – Одним глазом он следил за спидометром и альтиметром, другим – за проносившейся внизу береговой линией. – Содиум цианид, – продиктовал он по буквам, – этил алкоголь. Есть? Отлично. Следующее слово... – Капля пота скатилась с его лба и упала на клочок бумаги, на котором писала Айрис. – Слово... э... Ди. Есть? Метил. Амин. Фосфорид. Ха! Надо же. Хлорид. Айрис, – продолжил он, – когда девушка нацарапала последнее слово, – сколько держится запах твоих духов?

– Дня три, Кевин.

– Ты можешь дать мне обещание?

– Любое, Кевин.

– Никогда больше не пей духи, ладно?

– Но джентльменам это страшно нравится!

– А меня убивает.

Кевин прищурился, всматриваясь в береговую линию Брунея внизу. Он прикончил двоих ради слов, которые записала Айрис. И, между прочим, сама она теперь у него на шее, пока он не придумает, что с ней делать дальше. Может, Винс подберет местечко для такой экзотической красотки?

Глава 48