Читаем Войны будущего полностью

Со времени введения в действие Бреттонвудской системы в западном мире постепенно произошли вызванные ею огромные изменения – в свободе предпринимательства четко проявилась линия патологического поведения собственников капиталов. Французский специалист Р. Фабр в своей поучительной монографии «Капиталисты и рынки капиталов Западной Европы» пишет об этом следующее: «Последняя напоминает самую настоящую клинику, в которой экономические науки предлагают нам широкий спектр факторов, ведущих к катастрофам, как, например, «ослепление перед лицом краха», «заразное недоверие» и многие другие. какой бы ни была практическая и эмпирическая польза от этой галереи психологических портретов и взаимодействующих систем, приходится констатировать, что свобода предпринимательства, свобода создавать деньги с трудом поддается теоретическому оправданию в финансовой сфере: в настоящее время в этой области политическая экономия подвергается резким нападкам, причем в равной мере как на Востоке, так и на Западе»[287]. Ведь операции, проводимые с капиталом в финансовой сфере, стали оплачиваемой игрой, так как стремление к обладанию капиталом является уже не инвестированием его в производство, а возможно более быстрой и выгодной перепродажей активов. Современная финансовая сфера рыночной экономики напоминает, по выражению лауреата Нобелевской премии по экономике М. Аллэ, «казино, где столы расставлены на всех широтах и долготах». Действительно, в финансовых играх на Западе используется множество биржевых инструментов, чтобы путем «спекуляций» получить прибавочную стоимость.

Затем в 1973 году рухнула Бреттонвудская система, на смену которой пришел «долларовый стандарт», ставший мировой резервной валютой и заменивший золотой стандарт. «Основная суть долларового стандарта, – подчеркивает Р. Дункан, – заключается в том, что благодаря ему США смогли финансировать невероятно огромный дефицит текущего счета, продавая долговые инструменты своим торговым партнерам, вместо того, чтобы оплачивать импорт золотом, как это приходилось делать при Бретттонвудской системе золотовалютного стандарта»[288]. В результате всего этого экономика Запада и Японии приняла пузырчатый характер, т. е. основой экономики стали различного рода пузыри – японский, азиатский (Таиланд, Южная Корея, Малайзия и Индонезия) и американский пузыри.

Именно эта пузырчатая экономика тесно взаимосвязана с долговыми инструментами (деривативами), что дает возможность Соединенным Штатам Америки, манипулируя фиктивным капиталом, существовать за счет иностранных реальных капиталов. «До тех пор пока доллар привлекателен в качестве средства вложения капиталов других стран, – пишет С. Меньшиков, – США могут свободно использовать крупные материальные ресурсы всего мира, расплачиваясь «долларовыми бумажками», выпуск которых стоит минимальных затрат»[289]. Американское правительство покрывает дефицит своего бюджета благодаря продаже государственных ценных бумаг японским и другим держателям. Понятно, что свою долю вносят и американские транснациональные корпорации, чьи дочерние филиалы в Западной Европе и других регионах мира финансируются за счет стран, на территории которых они находятся.

Спекуляции фиктивным капиталом идут в отрыве от материального производства и их объемы значительно возрастают, что неизбежно ведет развалу мировой финансовой системы (это одна из очень важных геополитических проблем). Уже в 1988 году, как показал М. Аллэ, ежедневный объем мировой торговли физическими товарами был равен 12 млрд. долл., тогда как объем финансовых сделок – примерно 420 млрд. долл. Иными словами, образовалось гигантское нагромождение финансовых пузырей, какого до тех пор не знала история человечества, существование которых связано гигантским мировым рынком деривативов (вторичных ценных бумаг – В.П., Е.П.) – этой раковой опухоли на мировой экономике. По темпам роста финансовые операции с фиктивным капиталом занимают первое место в мире, на втором находится наркобизнес (рост составляет 25 процентов в год), тогда как темпы роста материального производства около одного процента, от которого зависит выживание человечества, весьма низки.