Читаем Водная пирамида полностью

Водная пирамида

L’ANGUILLAL’anguilla, la sirenadei mari freddi che lascia il Balticoper giungere ai nostri mari,ai nostri estuari, ai fiumiche risale in profondo, sotto la piena awersa,di ramo in ramo e poidi capello in capello, assottigliati,sempre piú addentro, sempre piú nel cuoredel macigno, filtrandotra gorielli di melma finchè un giornouna luce scoccata dai castagnine accende il guizzo in pozze d’acquamorta,nei fossi che declinanodai balzi d’Appennino alia Romagna;l’anguilla, torcia, frusta,freccia d’Amore in terrache solo i nostri botri о i disseccatiruscelli pirenaici riconduconoa paradisi di fecondazione;l’anima verde che cercavita là dove solomorde l’arsura e la desolazione,la scintilla che dicetutto comincia quando tutto pareincarbonirsi, bronco seppellito;l’iride breve, gemelladi quella che incastonano i tuoi ciglie fai brillare intatta in mezzo ai figlidell’uomo, immersi nel tuo fango, puoi tunon crederla sorella?

Eugenio Montale

УГОРЬУгорь, эта сиренахолодных морей, оставляет Балтику,чтобы добраться до наших морей,до наших рек, их устьев,поднимаясь из глубин, плывя против течения,от русла к руслу,от протоки к протоке, вжимаясьв самую сердцевину, в камни,пробиваясь сквозь грязь,пока однаждысвет, слетевший с каштана,не взорвет его в стоячей водеущелий, ниспадающихс отрогов Апеннин к Романье;угорь, факел, хлыст,стрела Амура на земле,его лишь наши теснины и пересыхающиеручьи Пиреней приводятк раю нереста;зеленый дух в поискахжизни, где толькосушь и жалящее одиночество,искра, говорящая,что все начинается тогда, когда кажется, что всесгорело дотла, обуглилось;краткая вспышка, близнецдругого, запечатленного во взмахе ресниц,чтобы он мог нетронуто сиять среди сыновчеловеческих, тонущих в твоей грязи,разве ты не видишь в ней сестру?

Эудженио Монтале

Часть первая

1

Я стоял на македонской земле, на краю огромной скалы, балконом нависшей над синим бескрайним простором Озера. За моей спиной был монастырь Святого Наума, по красной черепичной крыше которого гордо расхаживал павлин с распущенным хвостом всех цветов радуги, привносивший свою лепту в красоту библейского пейзажа. Взор, миновав границу между двумя странами, обозначенную белыми, едва заметными отсюда плавучими знаками на глади Озера, уперся в близкий берег, в Албанию.

Я смотрел на родной городок Поградец, откуда началось последнее переселение отцовского семейства в далеком 1942 году, после которого ему было суждено навсегда остаться на новой земле. По рассказам Мамы, всю жизнь бережно хранившей доставшуюся ей по наследству связку ключей от домов, которые когда-то пришлось покинуть нашим предкам, выходило, что самым старым в ней был ключ от дома на берегу Ионического моря, чьи воды омывали нашу родину. А нашему дому на албанском берегу Озера было около ста лет. На маминой связке в определенном порядке были нанизаны ключи и от давно не существующих домов, начиная еще с того времени, когда много веков назад произошел раздел большого старинного христианского семейства на христиан и их братьев, принявших новую веру. Тут заканчивались воспоминания Матери и начинались воспоминания Отца, изо всех сил старавшегося как можно глубже проникнуть в семейные тайны…

Перейти на страницу: