И если предположить, что эта одежда действительно принадлежит убийце Сары, меня поражала одна странность. Нет, даже наглость. Он решил поехать поездом сразу после совершения убийства в наиболее оживлённую железнодорожную станции страны, рассчитывая на то, что никто не заметит беспорядок в его одежде, волосах, и даже странное поведение.

«Безликий в толпе», как говорили люди. «В толпе легко затеряться». Наверно, так оно и есть.

— И что нам с этого? Есть какое-то определённое место, где их продают? — Алистер поднял меховую шапку и насмешливо на неё посмотрел.

Я пожал плечами.

— Не думаю, что для нас это будет полезным. Он мог купить её в одном из десятка мест в Нью-Йорке, в любом районе с большим населением русских иммигрантов.

А самые большие подобные районы были в Нижнем Ист-Сайде и в округе Уильямсберг в Бруклине.

Изабелла снова взяла в руки дамскую сумочку.

— Вы готовы? — спросил я. — Нам надо проверить другие зацепки.

— Ещё минутку, — ответила она, — я хочу кое-что проверить.

Мы удивлённо наблюдали, как она выворачивает сумочку наизнанку и находит маленький, почти скрытый за подкладкой кармашек, застёгивающийся на молнию.

— Внутри что-то есть, — сказала Изабелла, прощупывая контуры предмета через ткань. — Кажется, бумага.

Вывернув её ещё раз, Изабелла расстегнула кармашек и вытащила бумажный конверт, покрытый пятнами крови.

— Письмо, — произнесла Изабелла. — Запечатано, но марки ещё не приклеены.

Она открыла конверт и пробежалась глазами по содержанию письма.

Я ждал несколько секунд, но, в конце концов, не выдержал.

— От кого оно?

Изабелла протянула мне лист бумаги, не успев до конца прочитать письмо.

— Мы сделали ложное предположение — это вообще не сумочка Сары Уингейт! А если её, то значит, она планировала отослать письмо, написанное горничной миссис Уингейт, — она посмотрел на нас с распахнутыми от волнения глазами. — Это письмо написано Стеллой Гибсон шестого ноября. Его так и не отправили. И посмотрите на адресата. Если Стелла ещё жива, то благодаря этому у нас появилась прекрасная возможность определить её местоположение.

Стела Гибсон. Пропавшая горничная Уингейтов, которая исчезла через пару часов после убийства.

«Моя милая Кора, — начиналось письмо. — Я была так рада услышать от тебя последние новости, потому что я была крайне обеспокоена…»

Мои глаза просматривали письмо, не задерживаясь на мелких деталях, а обращая внимание лишь на основную тему письма.

Заботы Стеллы были несущественны. Было важно только одно: очевидно, они с Корой были очень близки.

Я позволил Алистеру ознакомиться с письмом и засунул его в карман пальто. Затем мы быстро вышли из комнаты с мусоросжигательной печью и направились к центральному входу.

— Кажется, мы должны нанести Коре Черни запоздалый визит, — я почувствовал укол вины после этих слов. Я надеялся поговорить с ней ещё в четверг, после того как Мами дала нам её адрес.

Но обследование квартиры Фромли тогда казалось более важной задачей, а то, что мы нашли в квартире, поставило перед нами более насущные проблемы.

Я был уверен, что скоро мы получим больше ответов. Наш экипаж съезжал с Пятой Авеню на Восток девяностых улиц, далеко к северу от роскошного Ист-Сайда, где построили свои шикарные особняки Вандербильты и Асторы.

Но всю дорогу я думал не о Коре Черни, а о Мами Дюран.

Я не мог избавиться от подозрения, что она сыграет значительную роль в раскрытии этого дела.

Только, скорей всего, отнюдь не добровольно.

Глава 23

— Миссис Ральф Ноланд? Мы ошиблись с адресом?

Мы стояли у дома 135 на 91-ой улице. Изабелла прочла надпись на табличке дома рядом с дверным латунным молоточком, и в её голосе сквозило недоумение.

Судя по письму Стеллы, здесь мы сможем найти Кору Черни.

Это был обычный кирпичный дом, украшенный лишь двумя статуями разъяренных горгулий по бокам от главного входа.

Алистер сделал вид, что внимательно их изучает, и мне самому пришлось объяснять Изабелле про миссис Ноланд.

Я постучал в дверь.

— Полагаю, это псевдоним, который она использует, чтобы у соседей не возникало вопросов.

— Ах да, — покраснела Изабелла, — конечно.

Хоть этот район и не был светским и роскошным, жили здесь только семьи с высокими доходами.

Если кто-то заметит, что к незамужней женщине приходят посторонние мужчины, это привлечёт внимание. И вызовет осуждение.

Псевдоним Коры Черни позволял ей притворяться замужней дамой. Не сомневаюсь, что она объясняла отсутствие мужа дома его постоянными поездками по работе.

Вот такой обман. Многие любовницы богатых мужчин гарантировали себе подобным образом уважение со стороны посторонних.

Дверь отворилась через пару секунд, и нас поприветствовала молодая горничная с рыже-красными волосами, стянутыми сзади в пучок.

На первый взгляд ей было не больше шестнадцати лет, а судя по резкому акценту, я предположил, что она совсем недавно приплыла из Ирландии.

Я показал свою визитную карточку, хотя отношение к полиции всегда делало людей менее разговорчивыми.