Читаем Внутри ауры полностью

Ухоженные душевые кабинки находились позади шезлонгов. Ребята набрали моющие средства и двинули воспользоваться местными услугами, втихаря маскируясь под туристов. Единичная охрана относилась лояльно и доверительно к отдыхающим, привыкнув к безукоризненному культурному поведению.

Отмыв и намылив грязные, соленые тела кто в душе, кто в раковине, компания вернулась на песок совершенно облагороженными.

— Теперь можно хоть на край света, — выжала волосы Маша.

— Нет, — затормозил Кирилл, — ни одно серьезное дело не решается без мороженого.

Антон жалобно взвыл, а Маша посмеялась типичной непосредственности. Кирилл направился к магазинному холодильнику и указал на три контейнера с мороженым. Вычурно жизнерадостная старушка наложила в вафельные рожки разноцветных шариков. Парень расплатился с ней подаренными Марлой долларами и жадно вонзился в лакомство.

— Вот так завтрак! Мечта детства!

Антон ускорял шаг в нетерпении изведать местность и узнать информацию. Кирилл с Машей понимали беспокойство друга и тащились за ним, гремя походными рюкзаками и облизывая мороженое. Повсюду пахло солнцезащитным кремом и нежным дорогим парфюмом. Легкость и красота бытия накрывали с головой. Если бы не упорство Антона, то парочка уже давним-давно лениво разлеглась на белом песке.

Пляж плавно перешел в причал, на котором вдоль пирса в ряд располагались яхты и рыбацкие лодки. Горланили отовсюду раскрепощенные суровой жизнью рыбаки и суетились торгующиеся туристы.

— Кажется, это тут, — заявил Антон, лавируя между прохожими.

— Пахнет свежей рыбкой, — глубоко вдохнул аромат Кирилл.

— Родной запах, — подчеркнул Антон. — Отец меня и брата постоянно брал с собой на рыбалку в приморские бухты…

— Я тоже подамся в рыбаки, — решительно заключил Кирилл, глядя на Машу.

— В Биг-Сюре, — напомнила Маша, — найдем уединенную лагуну, построим бунгало и будем жить. Ты будешь ловить рыбу, а я собирать фрукты и приручать мартышек.

Кирилл серьезно задумался.

— Надо будет у рыбаков крючки наворовать…

Антон пристально вглядывался в суетливую толпу местных потрепанных капитанов, выбирая подходящую жертву. Его внимание приковал задорный толстяк, который поддерживал со всеми разговор и добродушно хохотал чуть ли не на каждое предложение. Преимущество его было еще в том, что периодами он отходил от общей компании в сторону за ящиками с рыбой и таскал их к себе на палубу.

— Мне тоже он нравится, — моментально сообразил и подтвердил Кирилл.

Антон собрался с силами, напряг свои лингвистические способности и кинулся к нему, стоило толстяку вновь отойти от шумной массы.

— Good morning! (пер. с англ.: Доброе утро!) — обратился вежливо Антон.

Толстяк оглядел высокого парня с ног до головы и пафосно без улыбки бросил:

— Hey. (пер. с англ.: Здорова.)

— Sorry to bother you, but we are not locals and have lost. The thing is, — пытался как можно скорее донести мысль Антон, но из-за языкового барьера сбивался, — the thing is that we are travelers and we want to know when will be the next ferry to the Canary Islands (пер. с англ.: Извините, что вас беспокоим, но мы не местные и немного заблудились. Дело в том, что мы путешественники и хотим узнать, когда будет следующий рейс на паром до Канарских островов…)

Толстяк скривил гримасу от неприязни к чужакам и их ломанного английского, а затем неохотно ответил, отряхивая руки:

— Am I a tourist guide or something?! The ferry goes from the other side of the coast and only on Wednesdays, but today…, — он порыскал секунду в памяти. — It’s Friday… You are clearly out of luck, my friend… What did the three Russian ragamuffins forget in the Canary Islands? (пер. с англ.: Я вам что туристический гид что ли?! Паром ходит с другой части берега и только по средам, а сегодня… Пятница… Вам явно не повезло, дружище… А что забыли на Канарских островах три русских оборванца?)

Ирония и любопытство пересилили дискриминацию по отношению к русским, но отвращение и нажитый цинизм было не утаить.

— We are looking for a music festival and the Magellans. — без особого желания сказал Антон, побледнев от грубого отношения. (пер. с англ.: Мы ищем музыкальный фестиваль и Магелланцев.)

Тут неожиданно толстяк вернул первичный образ и захохотал во всю глотку.

— Who are you looking for? (пер. с англ.: Кого вы ищете?)

Антон ощутил пробивающуюся изнутри злобу.

— Magellans. The organizers of the festival. They live on an uninhabited island in the Canary archipelago. (пер. с англ.: Магелланцев. Организаторов фестиваля. Они обитают на необитаемом острове среди Канарского архипелага.)

Тут рыбак засмеялся пуще прежнего, согнувшись пополам.

— Guys, — задыхался он со смеху, — do you know where these jerks are going? To the Canary Islands to… to… to the Magellans. (пер. с англ.: Мужики, знаете куда эти щеглы едут? На Канарские острова к… к… к Магелланцам.)

С третьей попытки ему все-таки удалось закончить мысль и вместе с его дружками залиться гнусным хохотом. Антон смерил весельчака яростным взглядом и пошел прочь. Маша с Кириллом в смятении бросились следом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Героинщики
Героинщики

У Рентона есть всё: симпатичный, молодой, с симпатичной девушкой и местом в университете. Но в 80-х дорога в жизнь оказалась ему недоступна. С приходом Тэтчер к власти, произошло уничтожение общины рабочего класса по всей Великобритании, вследствие чего возможность получить образование и ощущение всеобщего благосостояния ушли. Когда семья Марка оказывается в этом периоде перелома, его жизнь уходит из-под контроля и он всё чаще тусуется в мрачнейших областях Эдинбурга. Здесь он находит единственный выход из ситуации – героин. Но эта трясина засасывает не только его, но и его друзей. Спад Мерфи увольняется с работы, Томми Лоуренс медленно втягивается в жизнь полную мелкой преступности и насилия вместе с воришкой Мэтти Коннеллом и психически неуравновешенным Франко Бегби. Только на голову больной согласиться так жить: обманывать, суетиться весь свой жизненный путь.«Геронщики» это своеобразный альманах, описывающий путь героев от парнишек до настоящих мужчин. Пристрастие к героину, уничтожало их вместе с распадавшимся обществом. Это 80-е годы: время новых препаратов, нищеты, СПИДа, насилия, политической борьбы и ненависти. Но ведь за это мы и полюбили эти годы, эти десять лет изменившие Британию навсегда. Это приквел к всемирно известному роману «На Игле», волнующая и бьющая в вечном потоке энергии книга, полная черного и соленого юмора, что является основной фишкой Ирвина Уэлша. 

Ирвин Уэлш

Проза / Контркультура / Современная русская и зарубежная проза
Отпечатки
Отпечатки

«Отец умер. Нет слов, как я счастлив» — так начинается эта история.После смерти отца Лукас Клетти становится сказочно богат и к тому же получает то единственное, чего жаждал всю жизнь, — здание старой Печатни на берегу Темзы. Со временем в Печатню стекаются те, «кому нужно быть здесь», — те, кого Лукас объявляет своей семьей. Люди находят у него приют и утешение — и со временем Печатня превращается в новый остров Утопия, в неприступную крепость, где, быть может, наступит конец страданиям.Но никакая Утопия не вечна — и мрачные предвестники грядущего ужаса и боли уже шныряют по углам. Угрюмое семейство неизменно присутствует при нескончаемом празднике жизни. Отвратительный бродяга наблюдает за обитателями Печатни. Человеческое счастье хрупко, но едва оно разлетается дождем осколков, начинается великая литература. «Отпечатки» Джозефа Коннолли, история загадочного магната, величественного здания и горстки неприкаянных душ, — впервые на русском языке.

Джозеф Коннолли

Проза / Контркультура