Надо сказать, что далеко не все успехи Тиберия были связаны с деятельностью Германика. Примерно тогда же, и опять без войны, Тиберию удалось укрепить свое влияние в зависимой от Рима Фракии (занимавшей тогда территорию современной Болгарии, часть европейской территории современной Турции, а также восточную часть современной Македонии и юго-западную часть Румынии). Когда-то фракийцы входили в состав македонской державы. Затем, после завоевания Македонии Римом, Фракия стала самостоятельной, а в середине I века до нашей эры распалась на два царства. Ставший императором Октавиан Август утвердил разделение Фракии на два царства. Разделенная на две части Фракия полностью зависела от Рима, и ни одно из фракийских царств не могло представлять никакой опасности для империи. Вместе с тем, фракийские царства служили буфером, ограждавшим владения Рима на Балканах от вторжений кочевых варварских племен из-за Дуная. Хотя цари Фракии были близкими родственниками, после смерти Октавиана Августа между ними начались вооруженные столкновения, грозившие перерасти в войну. Тиберий, узнав об этом, через своего посланца потребовал от них начать переговоры и примириться.

Цари начали переговоры, но в 18 году во время пира царь северо-западной Фракии Рескупорид Второй обманным путем пленил царя юго-западной Фракии Котиса Третьего (своего племянника), а затем и убил его, объединив страну под своей властью. Перед римлянами Рескупорид пытался оправдаться тем, что лишь предупредил заговор соперника. Вместе с тем, Рескупорид начал пополнять свою армию под предлогом необходимости войны против соседних варваров — скифов и бастарнов.

Простить Рескупорида означало бы ослабить во Фракии влияние Рима и дать дурной пример для других зависимых от Рима правителей, а война против Фракии заняла бы несколько лет и потребовала бы значительных сил. Тиберий поступил проще. В 19 году он вызвал строптивого царя в Рим, намекнув Рескупориду на возможность прощения, а когда тот прибыл, боясь своим отказом вызвать войну, послушный Тиберию сенат осудил Рескупорида на изгнание. Царство же вновь было разделено на две части между Реметалком (Реметалком Вторым), сыном Рескупорида Второго, и детьми Котиса Третьего, причем осуществлять управление тем царством, которое Тиберий вернул детям Котиса, было поручено бывшему римскому претору Требеллену Руфу. Так Тиберий без всякой войны еще более укрепил свое влияние во Фракии.

Сын Тиберия, Друз Младший, в это время сумел путем интриг и подкупа разжечь междоусобицу среди германцев и добиться того, что германское племя свебов свергло своего царя Маробода, до этого неоднократно воевавшего с Римом. Самым же примечательным было то, что Маробод бежал к римлянам, обратившись к ним с просьбой об убежище. Тиберий такое убежище ему дал, поселив в Равенне, подальше от границ с Германией, и затем ловко использовал для того, чтобы держать в напряжении германцев и удерживать их от нападений, — ведь если бы новые правители германцев попытались затеять войну, он мог дать Марободу войско, чтобы тот, свергнув их, восстановил свою власть. Разорительные набеги германцев на римские владения с этого времени надолго прекратились.

10. КОНФЛИКТ ГЕРМАНИКА С ГНЕЕМ ПИЗОНОМ. ПРИЧИНЫ ВНЕШНИЕ И ПРИЧИНЫ ИСТИННЫЕ. ЗАГАДОЧНАЯ СМЕРТЬ ГЕРМАНИКА — БОЛЕЗНЬ ИЛИ ОТРАВЛЕНИЕ?

Успехи Тиберия в Европе были значительны. Но многим римлянам еще более важными представлялись события, происходившие тогда на Востоке, куда был послан Германик, чья молодость и умение держаться радушно больше импонировали римской знати, чем мрачность Тиберия.

Присоединение Коммагены и Каппадокии, а также утверждение царем Армении римского ставленника Арташеса Третьего было произведено Германиком согласно указаниям Тиберия, но многим хотелось приписать эти заслуги одному лишь Германику.

Нет никаких данных о том, что Германик пытался интриговать против Тиберия, но к этому времени прославленный и любимый народом и солдатами Германик начинает вести себя слишком самостоятельно, а это так или иначе должно было заставить императора призадуматься. В это. время и без того напряженные отношения между Германиком и наместником Сирии Гнеем Пизоном становятся почти враждебными. Несмотря на то, что Германику подчинены были все римские силы на Востоке, Пизон пытался поставить себя выше Германика и нередко поступал вопреки его распоряжениям. Его жена Планцина стала вести себя нагло по отношению к жене Германика Агриппине Старшей.

Мог ли Гней Пизон позволить себе подобное поведение по отношению к приемному сыну императора, не получив соответствующего распоряжения из Рима?