Читаем Власть без славы полностью

Как все повторяется на свете! Нынешний Совет Федерации, после прихода к власти В. В. Путина формируется точно так же, как записано в статье 1 этого закона: депутаты Совета Республик (верхней палаты пока еще существующего Верховного Совета СССР) делегируются высшими органами государственной власти республик. Делегируются! Но хотя бы из числа ранее избранных депутатов. Вот пока еще до положения «одна республика — один голос» новая Россия не поднялась. Слава богу, «не поднялась» она и до того, чтобы нижнюю палату формировать «по согласованию с высшими органами власти» республик. Иначе Государственную думу России пришлось бы комплектовать по согласованию с губернаторами и президентами бывших автономий.

Суть закона была, конечно, не в этом. «Представительный орган власти», хотя и высший (ст. 1), мало тревожил республиканских лидеров. Было записано главное: власти союзных республик вправе приостанавливать на территории своих республик действие законов, принимаемых Верховным Советом СССР. Правда, добавлено: в случае их противоречия конституции той или иной республики. Но попробуй докажи, что не противоречит. Сама Россия вот уж десять лет решает с субъектами Федерации этот вопрос — противоречат или не противоречат.

К этому колоссальному юридическому подрыву существования единой страны добавили и организационный подрыв, устранив практически все союзные органы исполнительной власти, переведя силовые структуры в некое небывалое двойное подчинение.

И подвели итог: положения Конституции СССР действуют в части, не противоречащей настоящему закону. То есть действие Конституции СССР приостанавливалось, так как все ее формулировки, касающиеся устройства процесса законотворческой деятельности, формирования выборных органов, противоречили этому закону.

Его применение ярче всего, на мой взгляд, продемонстрировал российский парламент. 27 сентября 1991 года новый Верховный Совет СССР еще ни разу не собрался и не был даже сформирован, а наши коллеги в «Белом доме» уже послали ему суровый привет:

«Народные депутаты РСФСР и народные депутаты СССР, представляющие РСФСР в Верховном Совете СССР, руководствуются в своей деятельности Конституцией и Законами РСФСР, решениями Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР, а также действующим на территории РСФСР законодательством Союза ССР и отстаивают экономические и политические интересы Российской Федерации. (Как видим, постановлениями и решениями Верховного Совета СССР, съездов СССР они руководствоваться не могут и интересы СССР не имеют права отстаивать. — Авт.).

Народные депутаты РСФСР и народные депутаты СССР, представляющие РСФСР в Верховном Совете СССР, могут быть отозваны Верховным Советом РСФСР… (Здесь совсем исчезают статья 6 только что принятого закона и избиратель. Избрать он избрал, а вот отзовут без него. — Авт.)

Решения Верховного Совета СССР, не поддержанные делегацией РСФСР, подлежат незамедлительному рассмотрению на сессии Верховного Совета РСФСР, а в период между сессиями — на заседании Президиума Верховного Совета РСФСР (над союзным парламентом берет контроль даже не российский парламент, а всего лишь его президиум. — Авт.)».

И только-только ударил беловежский колокол, последовало:

«…Отозвать депутатские группы РСФСР из Совета Республик и Совета Союза Верховного Совета СССР». (Из постановления Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 года).

А после этого можно поставить крест на самих народных депутатах СССР:

«Прекратить депутатскую деятельность народных депутатов СССР на территории Российской Федерации со 2 января 1992 года. Не применять с того же срока нормативные акты бывшего СССР, регулирующие их деятельность». (Из постановления Верховного Совета РСФСР от 27 декабря 1991 года).

С горечью приходится вспоминать, что политиков, с энтузиазмом голосовавших за то, чтобы «добить гидру» — союзный парламент, всего лишь через пару лет самих постигнет страшная судьба: их разгромят не просто указами и постановлениями, а снарядами из танковых пушек, автоматными очередями и дубинами спецназа. Российский Верховный Совет будет, как и союзный, тоже объявлен отставшим от страны, от реформ, реакционным и опять же во имя этих реформ сметен с лица земли.

Но пока он торжествовал победу. Нам же после закрытия съезда надо было собирать новый Верховный Совет СССР. Приведенный выше конституционный закон указал точную дату: 2 октября 1991 года. Еще утром 5 сентября, во время последнего обсуждения законопроекта в комнате президиума, мы с Нишановым пытались внушить Горбачеву, что времени мало, что не успеем. Президент отмахнулся: «Ничего, успеем. Работать надо больше!» И вот теперь председатели палат опять превратились в «телефонистов», по несколько раз в день обзванивая все республики СССР, кроме прибалтийских. Туда уже не было нужды звонить: на первом же своем заседании 6 сентября только что образованный съездом Госсовет принял постановление о признании независимости Литвы, Эстонии, Латвии.