— Рыболовство в Дальневосточных морях, — продолжил дербанить бесхозный регион парагваец. — Судовые верфи Асунсьона наладили серийное строительство малых рыболовных сейнеров с ветрогенераторами и дополнительными электродвигателями, которые позволяют существенно сэкономить расход обычного топлива.

— Сложны в эксплуатации, дороги и с малым объёмом грузового трюма, — брезгливо отмахнулся от парагвайских самоделок Сталин. — Большой ли улов сумеют парусные электроходы доставить к причалу?

— А наши суда в Атлантике свой улов в порт не таскают, уж больно далеко ходить, — отмахнулся от стандартной практики Алексей. — Они перегружают добычу на корабль–матку прямо в море и топливом там же заправляются — месяцами в порт не заходят. Кстати, улов парагвайские промысловики тоже в открытом море перерабатывают на плавучих рыбзаводах, потому могут далеко в океанские воды уходить. Ведь в чужие территориальные воды парагвайцев не пускают конкуренты, вот и научились изворачиваться. Рыбу мы обрабатываем и расфасовываем в пятилитровые жестяные банки, а криль в бочки. Пришлось нарастить объёмы производства жести для тары.

— Своих морей не имеете, решили в наши заплыть? — проворчал Сталин, в уме прикидывая перспективы рыбного промысла на Дальнем Востоке. Получалось, что ни рыболовных сейнеров, ни консервных заводов, у Союза там в достатке нет. Даже жести для производства тары не найти. — Вы опять согласны работать только за половину от прибыли?

— Нет, вся прибыль от реализации рыбной продукции и крабов пойдёт в уплату за лизинг судов и плавучих рыбзаводов, — обнаглел до крайности парагвайский магнат. — А вот, когда возместите полную стоимость судов, покроете затраты на наём работников и выплатите банковский процент по кредиту, тогда весь рыбфлот станет советским.

— Рыба–то наша⁈ — возмутился хозяин моря.

— Вдали от берегов рыба ничья, — отрицательно помахал пальцем добытчик. — Поди, излови её, да сумей свежей в порт доставить для переработки.

— Хотите нам парусный неликвидный флот всучить? — насупился Сталин.

— Электропарусный, — невозмутимо поправил союзника парагвайский владыка. — Обучение персонала будет за наш счёт.

— И зачем нам влезать в невыгодную авантюру? — торговался Сталин.

— Союз получит в огромном объёме качественные рыбные консервы, которые ему обеспечат продовольственную безопасность на случай неурожая или войны. Да и в будни разнообразят стол советским гражданам, ведь мясом–то не всем ещё удаётся вдосталь побаловаться.

— Да уж парагвайскими «золотыми» мясными консервами точно не забалуешь, — поморщился Сталин, но угрозу голодными временами воспринял всерьёз. Нарастить объём продовольствия за парагвайский счёт было заманчивой идеей, да и рыболовецкий флот с обученным персоналом тоже не лишний в хозяйстве. Правда, прибыль от него ещё не скоро пойдёт в казну, однако парагвайцам нет смысла надолго затягивать расчёты по лизингу судов. — Ладно, товарищ Ронин, редко вы к нам заходите, но метко — оформляйте договор по лизингу рыболовного флота с оплатой товарной продукцией.

Вожди союзных народов ударили по рукам.

Алексей посчитал, что и так удалось о слишком многом договориться, встреча лидеров двух великих держав завершилась на бравурной ноте. Сталин тоже остался доволен очень перспективными соглашениями. Парагвай уже не казался вождю советского народа столь уж маленьким и слабым союзником. Золотые щупальца парагвайского спрута опутали все страны. И хотя капиталистическая сущность анархистского государства плохо сочеталась с идеями социализма, но лучшего соратника Советскому Союзу в мире было не сыскать — общие враги и экономические интересы сплачивали братские народы лучше всякой идеологии.

Глава 10

Чакская война

Год со времени посещения Алексеем Москвы пролетел стремительно. Месяц из него пришлось потерять в Советском Союзе, добывая тонны россыпного золота на речках Колымы и проводя картографирование местности в районах будущих золотых приисков.

Зато Кондрашов использовал это время для налаживания сотрудничества с коллегами. Первая партия перевербованных шпионов отправилась в Парагвай прямо из столичной тюрьмы. И надо сказать, неожиданно большая группа, ибо почти всех «врагов народа» чекистам удавалось уличить в работе на иностранную разведку. Алексей приказал Кондрашову забирать всех согласных на вербовку, а уж дома сортировать. Если человек окажется негодным к оперативной работе, то специалисту найдётся применение в народном хозяйстве, ибо большинство «врагов народа» были с высшим техническим или военным образованием, простых рабочих чекисты вниманием обходили.