Читаем Владыка полностью

— Вот партизанские навыки нам как раз и надобны, — одобрительно улыбнулся Алексей. — Будем в казаков–разбойников играть. Нестор Иванович, отбери охочих до драки хлопцев, эдак тысяч десять молодых бойцов, и отправь на военные учения в джунгли, на восточную границу Парагвая. Я ещё тебе на усиление туда направлю сотен пять индейцев. Разобьётесь на две условные армии и погоняете друг дружку по лесной чаще. Из тех, кто выдержит месяц партизанской войны, отберём лучших вояк. Мне для задуманной операции потребуется только пять тысяч самых выносливых и шустрых казачков. Наградами и денежным довольствием не обижу.

— Неужто, атаман, с Бразилией надумал затевать войну? — нахмурился Махно.

— С добрыми соседями казакам делить нечего, — отмахнулся от эдакой глупости владыка Парагвая. — Мы с тобой, Нестор Иванович, идейные анархисты, нам интернациональный долг надобно выполнять. Вон, вся Африка стонет под игом кровососов–капиталистов — айда, негров вызволять из рабства!

— Ну, пожалуй, на всю Африку у парагвайских анархистов силёнок–то не хватит, — улыбнулся Махно. — Однако с чего–то надо и начинать? Куда сперва двинемся, атаман?

— Долой бельгийских колонизаторов! Конго — конголезцам! — подняв сжатый кулак над головой, бодро провозгласил африканские лозунги вождь анархистов и скосил глаз на начальника разведки: — Эдуард Петрович, обрисуйте товарищам политическую ситуацию в Бельгийском Конго.

— Угнетают бельгийцы негров «по чёрному», — усмехнулся Кондрашов. — Но в 1921 году решительный баптистский проповедник Симон Кимбангу организовал национально–освободительное движение — кимбангизм. Энтузиазма у его сторонников много, однако с матчастью дела у партизан плохи. Думаю, что тридцать тысяч винтовок, полсотни миномётов и пара сотен пулемётов, а также щедрая партия противопехотных мин, склонят чашу весов в борьбе за независимость в сторону добрых баптистов. Ну, конечно же, чтобы дарёное имущество пошло на пользу, нужно с ним послать опытных наставников, тысяч пять интернационалистов–анархистов. Противостоять повстанцам будет двадцать пять тысяч злых колонизаторов и, наверняка, чуть попозже посланный на выручку, бельгийский военный флот.

Махно привстал с кресла и склонился над разложенной на столе географической картой африканского континента, нашёл взглядом Конго.

— Ох и здоровущая страна! — покачал головой батька Махно. — Пожалуй, маловато бойцов, такую громадину под руку забрать.

— Так и у бельгийцев руки не до каждого уголка дотянутся, — успокоил Кондрашов и указал на карте точку в глубине континента. — А нам–то и надо оторвать самый дальний краешек на юге страны. Парагвай интересует район городка Колвези.

— Гляжу, туда сподручнее заходить через Анголу, — провёл пальцем по карте Махно.

— Так, напрямки, и пойдём, — согласился Алексей. — И ближе будет, и бельгийцы не помешают. А местным властям мы щедро заплатим за крепко зажмуренные глаза. Да и потом грузы таскать удобнее будет проторённым путём, через португальскую колонию.

— А что за столь редкостные богатства в этом Конго? — прищурив глаз, глянул на Ронина Махно.

— Бельгийцы добывают алмазы, золото, серебро, нефть, медную руду и разбили плантации каучуковых деревьев, — отмахнулся от всякой там ерунды парагвайский магнат. — Но нам нужен только кобальт, запасов которого в районе Колвези больше, чем во всех вместе взятых известных месторождениях на планете. Я не поленился слетать на дирижабле в тот район и проверить данные геологоразведчиков магнитоскопом.

— И пошто сдался казакам сей кобальт? — наморщил лоб Махно, силясь постичь великую тайну.

— Для производства новейших литий–ионных аккумуляторов потребен не только боливийский литий, — поднял указующий перст парагвайский владыка. — Но и, для изготовления батарейных анодов, кобальт.

— Электричество — сила! — уважительно склонил голову перед мощью научно–технического прогресса батька Махно, но засомневался в другом: — Дальний край Конго мы отторгнем, наладим добычу кобальта, но вот только, как сокровища вывозить через океан в Парагвай? На морском пути нас бельгийцы–то и прищучат.

— Если мы не будем претендовать на остальные богатства Конго, то бельгийцы быстро успокоятся, — отмахнулся Алексей. — Им самим же кобальт без надобности.

— Не согласен, — категорично замотал головой Кондрашов. — Тут вопрос государственного престижа. Бельгийский король обязательно заартачится. В конце концов, предприимчивые бельгийцы могли бы сами добывать кобальт и дорого продавать в Парагвай, раз он нам так важен.

— А революцию в колонии буржуины не хотят заполучить⁈ — погрозил кулаком вождь анархистов. — Ничего, потрепыхаются чуток и притихнут.

— Могут учинить морскую блокаду побережья, — почувствовал, что пришёл его черёд вступать в полемику, адмирал. — А наши «Летучие голландцы» вооружены только зенитными пулемётами и слабыми орудиями, способными отбиться лишь от лёгких катеров.

— У каждого нашего корабля имеется ещё пара торпедных аппаратов, — напомнил Алексей.

— Боевые корабли противника не подпустят нас на расстояние торпедного выстрела, — замотал головой адмирал.