Читаем Вкуснотища полностью

— Это нашенский остров.

Джек выпрямился, покачнулся, стараясь удержать равновесие, и придвинулся как можно ближе к Сиду. Потом пронзительно завопил:

— А теперь послушай меня, крутой парень из Гонолулу, я не откуда-нибудь, а из самого чертового Лас-Вегаса! Слышишь, что я тебе говорю? Ты имеешь хоть малейшее представление о том, что это значит?

Крик лишил Джека последних сил. Он тяжело рухнул на скамейку.

— Вали дуть в свою чертову морскую раковину и собирать кокосы или заниматься любой другой хренью, которой вы там, гавайцы, занимаетесь. Но не указывай мне, как я должен вести свои чертовы дела, потому что тебе до этого расти и расти.

Джозеф голову дал бы на отсечение, что после подобной вспышки Сид уж точно разъярится, но тот всего лишь хладнокровно качнул головой:

— Ты предупрежден.

— А ты покойник.

Юки совсем вымоталась. Выдался такой долгий день. Бесконечная череда утомительных мелких дел и так лишила ее сил, а тут еще возложенная на себя тайная миссия по избавлению шефа от негативной энергии, совершенно ее доконавшая. Фрэнсис, на ее взгляд, скрывал в себе некую силу, с которой следовало считаться. Прямо не человек, а бомба какая-то, способная в одно мгновение высвободить сверхсильный заряд энергии разрушительной силы. Волна от взрыва рикошетом заденет саму Юки, штатных сотрудников и местных наемных работников — ведь все они не более чем съемочные декорации и реквизит для сцен сеющей страх и ужас самоубийственной баталии, которая развернулась внутри Фрэнсиса.

Она забралась в кровать и выключила свет. Засыпая, Юки почему-то вспомнила того огромного гавайского сутенера, который подошел к ней на улице. Хотя сама мысль о том, чтобы торговать собой за деньги, казалась ей пугающей, в то же время ее взволновало, что существует человек, который и впрямь считает, что при должной подготовке она сможет придать себе сексуальную привлекательность. Когда за последнее время она кого-нибудь интересовала как женщина? Когда последний раз занималась любовью? Юки вдруг поняла, что, как это ни ужасно, у нее не было интимной близости с мужчиной уже почти четыре года. Ничьих теплых рук, объятий, поцелуев, ласковых прикосновений, никакого оргазма — вообще ничего.

Эта мысль показалась ей унылой.

Зато Юки не сидела сложа руки, изо всех сил старалась занять себя. Забивала свои дни различными курсами, занятиями, болтовней и общественной работой. Хотя она понимала, что с радостью поменяла бы все эти танцы живота, латиноамериканские танцы, семинары по фэн-шуй и занятия йогой на одну-единственную ночь в объятиях другого человеческого существа. Причем любого. Не обязательно пылкого и привлекательного, даже не обязательно мужчины — она просто хотела ощутить близость человеческого тела. И тут в ее жизни появляется незнакомец, настоящий живой сутенер, разбирающийся в своем деле, который ей говорит: «Оденься как мальчик и станешь желанной».

Хочет ли она это испытать?

Юки погрузилась в глубокий сон, в который незамедлительно ворвались видения. В своем сне Юки увидела себя с короткой стрижкой, на затылке волосы были сильно сострижены, по бокам — оставлены длинные струящиеся пряди, небрежно спадающие на глаза. Она выглядела сексапильно, соблазнительно. Одетая в белоснежный хлопковый топ, видневшийся из-под расстегнутой гавайской рубашки, сквозь тонкую ткань которого просвечивались ее маленькие темные соски. На ней мешковато висели брюки цвета хаки, едва достигающие лодыжек, отчего бедра выглядели по-мальчишески стройными. Розовые высокие кеды с отворотами и бейсбольная шапочка, лихо сдвинутая на затылок. Она и сама не знала, на кого похожа: то ли на нахального подростка, то ли на лесбиянку, то ли на очень стильную молодую женщину, современную, состоявшуюся и готовую к приключениям.

И поскольку это был всего лишь сон, внезапно ее перенесло на тропический пляж, возможно, на бразильскую Ипанему. Было жарко. Песчаный пляж усеивали, подстелив полотенца, любители загара — без ничего, розовые и разомлевшие, напоминавшие суши. Солнце парило нещадно, и запах разогретых, лоснящихся от масла какао тел смешивался с соленым дыханием морского бриза. Этот аромат заставил ее желудок заурчать, вызвав тягучее, чрезвычайно насыщенное эротическое томление.

Юки отличалась от остальных женщин на пляже. Она не была обладательницей огромных грудей, упакованных в малюсенькие лифчики. Она не носила узенькие трусики танга. И все же замечала, что мужчины исходят слюной при виде нее, кивают ей, приветственно машут, предлагают напитки, деньги, украшения, даже новый скейтборд.

В жизни она еще никогда не чувствовала себя настолько желанной.

До нее доносилось дыхание этих самцов: горячее, тяжелое, учащенное. Юки остановилась и замерла на месте, дрожа от возбуждения. Небольшой ветерок, сорвавшийся со стороны моря, осыпал ласками ее кожу и вызвал возбуждающую электромагнитную волну, окатившую тело и связавшую в одно целое ее губы, соски и внезапно ставшее влажным лоно.