Читаем Вкус победы полностью

Негодяй вывернул ей руку жестом, который, Эллин была уверена, предназначался, чтобы причинить ей боль, а не привлечь внимание.

– Райф Симмс. Ты помнишь его? – пронзительный голос стал злобным. Эллин съежилась от страха. – Мы будем ждать тебя на перекрестке улиц Логан и Хагес в десять часов.

«Тайное свидание! Боже, неужели Райф считает ее настолько глупой?» Она напряглась и попыталась выдернуть руку.

– Я просто не могу…

– Тебе лучше прийти, – угрожающе произнес он, и его пальцы больно впились ей в руку. – Если ты не хочешь, чтобы твое имя пестрело в газетах. Десять часов. И принеси документы на жеребца.

Боль в руке отпустила. Человек ушел. Эллин хотела убежать, но как будто пристыла к стулу. То ли комната стала больших размеров, то ли Эллин уменьшилась. Трудно понять.

– Ваш друг?

Джошуа Мэннерс, полнейшая противоположность ее предыдущему гостю, одетый в серый костюм, опустил свое тело в шесть футов высотой на место Берта. Неторопливым и эффектным жестом он вытащил сигару из золотого портсигара. Затаив дыхание, не смея пошевельнуться или что-нибудь сказать, Эллин наблюдала, как Мэннерс приступил к обычному ритуалу зажигания.

– Нет, – наконец выдавила она, отчаянно пытаясь овладеть собой. Воспоминания об этом человеке были еще так свежи, так близко. Ее сердце стучало, как набирающий скорость поезд.

Эллин потянулась за чашкой кофе, надеясь успокоить свой желудок, но рука сильно задрожала, и от нее задрожал фарфор. Эллин оставила эту попытку и положила руку на стол, как ненужную перчатку.

– Вы похожи, – продолжал Джошуа своим вежливым голосом, который всегда ее раздражал, – на ребенка, которого только что застали возле тарелки с печеньем. Что мог сказать вам этот мерзкий скользкий тип?

Эллин не смогла ему ответить. На своей руке, которая лежала на столе, она почувствовала теплое давление. Эллин удивленно посмотрела на руку и увидела, что Джошуа Мэннерс накрыл ее своей широкой ладонью.

– Он угрожал вам? Да? – его спокойный тихий голос оказывал на нее гипнотическое воздействие. – Что он вам сказал?

Слова были готовы сорваться у нее с языка. Оставалось только открыть рот, и они выскочат сами по себе. Эллин могла снять груз проблем со своих плеч и переложить на его широкие плечи. На плечи Джошуа Мэннерса, который желал помочь ей. И тогда можно будет вздохнуть легко и свободно. Неожиданно ее взгляд скользнул вверх по рукаву его красивого костюма, по плечу, по мужественным скулам и заглянул в необычно серьезные карие глаза, с пониманием смотревшие на нее и беспомощно приковывающие взгляд.

– А, Джошуа! Доброе утро!

Голос Берта развеял чары. Эллин выдернула свою руку и потупилась. Это было близкое, интимное прикосновение. Со спасением или с провалом? Она не могла быть уверенной. Джошуа поднялся во весь рост.

– До свидания, Берт. До свидания, мисс Кэмерон, – мэрилендец отвесил легкий поклон и исчез из комнаты.

Берт не способен был убедить Эллин в глупости ее решения – она согласилась с требованием Райфа. Эллин считала, что это шанс вызвать его на разговор. Поэтому без пяти десять Берт наблюдал из аллеи на пересечении улиц Логан и Хагес, как Эллин ожидает на углу. В своем простеньком костюме из серого поплина она могла показаться служанкой, ожидающей автобус.

Единственным просветлением, мрачно отметил Берт, было то, что дождь кончился. Мостовая блестела, а в лужах отражался бледно-желтый свет, мерцающий в газовых фонарях в форме шара на длинной ножке, стоящих вдоль улицы.

Берт был уверен, что эта шальная выходка была большой ошибкой. Со своего скрытого наблюдательного пункта он обозревал всю площадь и был готов в любую минуту прийти на помощь Эллин. Берт молился, чтобы все обошлось, но не имел понятия, как им может так повезти. Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что если кто-нибудь тронет Эллин хоть пальцем, он выйдет и будет стрелять. Берт посмотрел на свои карманные часы.

Десять часов.

Улица по-прежнему была пустынна.

Прошла еще одна минута.

Прошло две минуты.

Эллин посмотрела в сторону аллеи: на лице у нее была написана готовность к отступлению.

Прошло три минуты.

По мокрой мостовой задребезжал закрытый кеб, который остановился перед ней. Берт смотрел и вслушивался в то, о чем они говорили: извозчик и леди. Никто не вышел из кеба, и на мгновение Берт подумал, что это ложная тревога. Потом, к его удивлению, Эллин подошла к двери и, посмотрев через плечо ничего не выражающим взглядом, открыла ее и вошла внутрь.

С ловкостью кошки, противоречащей его внешности, Берт быстро побежал и незаметно вспрыгнул на багажное место на задке кеба.

В кебе было темно. Окна были закрыты черной бумагой, как в катафалке. Эллин не полезла внутрь, предпочитая сесть возле двери, которую она плотно закрыла. Кеб тронулся, и ее охватила паника. Что, если Берту не удалось пробраться вслед за ней? Было поздно беспокоиться. Она плотно сцепила руки на коленях, сжавшись в углу и пытаясь казаться как можно менее заметной.