Читаем Вкус яда полностью

Его ответ успокаивает меня. Хотя Охотника вряд ли можно назвать невинным или добрым, я бы чувствовала себя более напряженно, будь он наказан за что-то более зловещее.

– Так, значит, королева Трис предложила освободить тебя от службы Совету Альфы, если принесешь ей мое сердце. Есть ли у нее вообще полномочия освобождать тебя? Разве ты не связан обязательствами со всеми членами совета?

– Все долги я накопил в Весеннем королевстве. Поскольку мое преступление связано с финансами, именно зримый правитель этих земель назначил мне наказание. Это Трис приговорила меня к службе в качестве Охотника, а значит, она имеет право отменить свое наказание.

Полагаю, в этом есть смысл. Каждым королевством Фейривэйя руководят два правителя фейри – зримый и незримый монархи, живущие в отдельных дворцах и отвечающие за разные сферы. Зримый монарх, как, например, королева Трис, контролирует вопросы повседневной жизни и финансов, в то время как незримый наблюдает за природой и защищает интересы незримых фейри. Преступление Охотника, связанное с карточными долгами, попало под юрисдикцию Трис.

– Сколько времени она тебе дала на выполнение условий сделки?

Немного поколебавшись, он отвечает:

– До семнадцатого числа этого месяца.

У меня пересыхает в горле.

– Осталось меньше двух недель!

– Я в курсе.

– И ты умрешь, если не выполнишь ее поручение?

– Да. Именно так устроены сделки.

Я удивляюсь тому, как сжимается мое сердце при мысли о его смерти. Почему я вообще беспокоюсь? Мой взгляд становится отстраненным, пока я пытаюсь понять, какое место в моей теории занимает эта сделка. Если я права и моей мачехе был необходим нюх Охотника для того, чтобы последовать за ним и убить меня раньше, чем это сделает он, зачем тогда предлагать ему сделку?

Ко мне приходит осознание.

– Охотник, что, если… что, если Трис никогда не хотела, чтобы ты выполнил условия сделки? Что, если она никогда не собиралась освобождать тебя?

– Зачем ей это?

– Ну… – медленно произношу я, пока факты и цифры встают на свои места. – Похоже, ты очень полезен Совету Альфы. С твоим нюхом ты в состоянии найти беглецов, которых никто другой найти не может.

Он легкомысленно отмахивается.

– Именно поэтому мне и назначили такое наказание.

– Полагаю, совету было невыгодно тебя отпускать. Особенно когда ожидалось, что ты будешь служить им еще целых девяносто пять лет.

Охотник медленно выдыхает, отчего его широкая грудь опускается.

– Понимаю, к чему ты клонишь, но это все равно не объясняет заключение сделки. Если потерплю неудачу, умру. Если я так ценен… – Он замолкает, видимо, приходя к тому же выводу, что и я.

– Сделка была заключена только для того, чтобы ты как можно скорее нашел меня, – продолжаю я. – Трис жаждет расправиться со мной собственными руками. Как только ей это удастся, ты будешь вынужден нарушить свою часть сделки. Однако она не позволит тебе умереть. В последний момент она отменит ваше соглашение и оставит тебя на службе у Совета Альфы.

Охотник выглядит опустошенным. Он снова потирает подбородок с отстраненным, будто бы что-то ищущим взглядом.

– Я все еще не уверен, что за этим стоит Трис. Не все в твоей версии соответствует действительности. Кроме того, королева не умеет лгать. Попытайся она обмануть меня, я бы учуял колебания в ее аромате.

Я приближаюсь к нему на шаг.

– По крайней мере, ты веришь, что я, возможно, невиновна.

Он бросает на меня многозначительный взгляд.

– Главный акцент остается на слове «возможно». Но ничего не будет известно наверняка, пока я не найду вора, укравшего мою Колесницу. Без нее я не могу вернуться к Трис.

Моя грудь гудит от возбужденного тепла, только половина которого вызвана действием настойки. Другая же половина рождена надеждой – самым большим подарком, который предоставил мне Охотник. Ту же искру я чувствовала каждый раз, когда представляла, как встречусь с Трис в бойцовской яме. Как перехитрю ее, обманом заставлю признаться в своих преступлениях или найду какой-то другой способ победить и отомстить за смерть моего отца. Независимо от того, сколько денег я сэкономила или сколько раз анализировала увиденные дуэли, я никогда не смела поверить до конца, что мои фантазии могут стать реальностью. Но теперь… теперь у меня появился шанс сделать нечто большее, чем просто обратиться с петицией к мадам Фьюри. Большее, чем вызывать противника на дуэль, в которой я, возможно, проиграю.

С помощью Охотника я смогу найти веские доказательства.

Увижу, как восторжествует правосудие.

Отомщу.

– Тогда давай приложим все наши усилия, чтобы найти вора, – говорю я.

– Наши усилия?

Я приподнимаю скованное запястье и изгибаю бровь.