Читаем Вкус яда полностью

– Не думай так. Не думай. Кроме того, в мире полно таких людей, как Даниэль. Столкнись эта девушка с кем-то, кто действительно обладал ее худшими качествами, она, вероятно, поступила бы так же.

Я понимаю, что в словах Торбена есть логика, но никак не могу за нее зацепиться. Пусть и каким-то косвенным путем, моя магия, возможно, виновата в смерти моего отца. Если так, я не смогу себя простить. Если окажется, что все это время я могла попросту не использовать свои чары.

– Астрид, – предупреждающе рычит Торбен.

С ворчанием я вырываюсь из его объятий. Я яростно тру глаза, но обнаруживаю, что мои слезы уже высохли.

– Перестань вынюхивать мои эмоции.

Торбен упирается руками в бедра.

– Тогда не будь к себе так несправедлива!

– Ты не имеешь права меня контролировать.

– Тогда начни уже контролировать себя сама.

Я усмехаюсь.

– Сказал тот, кто едва не впился клыками в горло Даниэль.

Торбен замолкает, его лицо становится пепельно-серым. То, что у него пропал дар речи, доставляет мне немалое удовольствие.

Я прищуриваюсь.

– Почему ты вообще пытался на нее напасть?

Он разминает челюсть, прежде чем ответить:

– Мне жаль. На мгновение я потерял над собой контроль.

– Да, но почему?

– Потому что она говорила о тебе гадости.

Мое раздражение успокаивается настолько, чтобы позволить вырасти моему любопытству.

– Все из-за моей магии? Из-за того, какой ты меня видишь?

Я знаю, что впечатление, созданное моей магией, исчезает, когда я ее не использую, но я потеряла контроль над своими чарами прямо перед тем, как Торбен бросился на Даниэль. Так вот почему он пришел в ярость? Потому что вдруг увидел во мне плачущего младенца, которого нашел на берегу озера много лет назад?

– Астрид, я думал, ты знаешь, что мы уже перешагнули стадию поверхностного впечатления. Мои действия не имели никакого отношения к тому, что я вижу тебя маленькой и уязвимой.

– Тогда почему?

Он снова подходит ближе и неуверенно протягивает руку к моему лицу. Я вздрагиваю, когда его ладонь касается моей щеки. Легким движением Торбен проводит большим пальцем по моей скуле. Нежное прикосновение резко контрастирует с его внезапно помрачневшим тоном.

– Потому что никто не может угрожать твоей жизни в моем присутствии, если только этот кто-то не хочет умереть. Мне и так пришлось стоять перед королевой Трис и слушать, с какой ненавистью она отзывается о тебе, не имея при этом возможности должным образом ответить.

От столь яростного заявления у меня расширяются глаза. Если дело не в моей магии, тогда в чем?

Я не могу не думать о ночи, которую мы провели вместе, о том, как нежно Торбен поцеловал меня перед сном. О том, как меня захлестнули эмоции, как я задавалась вопросом, было ли между нами что-то большее…

Я качаю головой, напоминая себе о том, что Торбен сказал сегодня утром. Собравшись с духом, я встречаю его пристальный взгляд.

– Не очень-то профессионально, Охотник, – насмешливо замечаю я.

Его рука замирает на моей щеке.

– Так ты этого хочешь?

– Очевидно, этого хочешь ты.

– Ты понятия не имеешь, чего я хочу. – Его голос такой глубокий, что напоминает рычание. Пальцы на моих ногах поджимаются, а по спине пробегает дрожь. Торбен наклоняется ближе, так близко, что я чувствую запах сладкой вишни в его дыхании. – Я сказал, что мы все обсудим, если после прошлой ночи ты захочешь большего. Сегодня утром, когда ты вошла в гостиную, я почувствовал твой стыд и смущение и подумал, что уже знаю ответ. Вот почему я сказал то, что сказал. Даже если я неправильно тебя понял, я решил, что делаю правильный выбор. Но теперь… теперь я не уверен.

– Не уверен в чем?

Он проводит пальцами от моей щеки до основания уха, затем по моей челюсти.

– Не уверен, имеет ли значение, что судьба, будь то опасность, наказание или смертельная сделка, может разлучить нас. Я не уверен, смогу ли прожить свою жизнь, неважно, короткой она будет или нет, без тебя.

Я смотрю на него снизу вверх. Огонь жарко разгорается в моей сердцевине, выжигая всю боль, все горе, вину и печаль. Когда я смотрю в медовые глаза Торбена, все остальное не имеет значения. Только это. Этот момент, когда я могу сохранять зрительный контакт, не чувствуя необходимости прятаться. Момент, когда я могу смотреть на кого-то, не видя тех качеств, которые отражаю. Не знаю, когда я отпустила свою магию, но прямо сейчас ее нет. От нее не осталось и следа.

– Астрид. – Мое имя, срывающееся с его губ, звучит как мольба. Как вопрос. – Прямо сейчас я вижу тебя. Всю тебя. Я вижу твои серые глаза, твои иссиня-черные волосы, темные, как полуночное небо. Я вижу твои губы цвета коралла. Твои раскрасневшиеся щеки. Я вижу тебя. Твою храбрость. Твое мужество. Ты такая красивая. Такая сильная. Хрупкая, но не слабая. Ты никогда не была слабой. Ты невероятна, Астрид.