Читаем Вивьен Вествуд полностью

«На самом деле сейчас главное – порядок выхода на подиум. Нужно его хорошо продумать, особенно какой наряд пойдет первым. Он задает тон». В итоге решают, что надо начать с одного из ансамблей по мотивам творчества Фриды Кало, его будет демонстрировать угловатая андрогинная модель из Японии. Ее фотографию уже тысячу раз перемещали на доске, но она то и дело оказывалась в начале. Аюма будет демонстрировать белое платье-футляр, а Марта, среди прочего, – кружево из синели. Много внимания в последний момент уделяется и деталям оформления, которые свяжут всю коллекцию воедино: идея паломничества, отсылка к Фриде Кало. Часть из них только сейчас делается: украшения на голову с гигантскими цветами и тисненой лентой, венки и посохи. «Никто лучше Андреаса этого не сделает, не оформит, – сердито заявляет Вивьен. – Работаем, пока не сделаем все правильно. То есть идеально, и, когда увидим, что все получилось, тогда можно идти спать». Вивьен и Андреас помогают окончательно условиться о ценах, которые уже обсуждались в Лондоне и Италии: они начинаются с просто высоких и доходят до неподъемных даже для олигархов. Уже поздно, и кое-что может подождать до окончания показа; после него в задней части выставочного зала будут проходить дни продаж.

4 часа утра. Похоже, во время Недели моды в Париже такси не найти. Я целых полтора часа иду пешком до квартиры друга. Если обувь от Вивьен Вествуд не самая практичная, она, как оказалось, выигрывает благодаря удобству и носкости. По крайней мере, мужская.

До показа 5 часов. Я немного поспал. Большая часть команды Вивьен даже не ложилась. В 8 утра они переместились из шоу-рума на Рю-дю-Май на место проведения самого показа, где бригада строителей и декораторов за ночь соорудила зону показа и кулисы. Обычно здание на Рю-Катр-Септамбр, 18, недалеко от Биржи, занимает банк. Оно представляет собой грандиозный центральный атриум, не то викторианский оперный театр, не то футуристический ангар. Он будто декорация к фильму «Бегущий по лезвию» в обновленной версии Тима Бертона. Внутри очень просторно. По центральному коридору можно пролететь на небольшом самолетике. Нам нужно подняться по огромной лестнице, которую охраняют грозные, громко переговаривающиеся между собой секьюрити в темных очках и костюмах от «Hugo Boss», а потом пройти через барьеры безопасности – все это создает атмосферу как на приеме у королевы. Вокруг гремит музыка – проводят саундчек, а сам композитор, Доминик, пожевывая шарф и сгорбившись над пультом, дорабатывает заключительную часть, под которую в конце показа должны выйти на подиум Вивьен и Андреас. Помимо атриума в банке есть три подземных этажа, видные через сплетение стеклянных мостиков и полупрозрачных полов. Из этих подземных уровней поднимаются эскалаторы, и именно оттуда будут появляться, а затем исчезать там модели, обойдя шестиугольный подиум, окруженный толпой фотографов – ожидается, что их будет 80. По стенам галереи развесили гигантские зеркала, в которых, поднимаясь и спускаясь, как по лестнице Иакова, будут отражаться модели, а также зрители и фотографы, словно попав в Зазеркалье.

Подвальная часть здания залита естественным светом, там установили 40 кабинок для переодевания с сияющими лампочками. В них кипит бурная деятельность. Вэл и Сэм создают «забрызганные грязью» образы, резко стряхивая с кисточек коричневую краску. Модели моргают.

До показа остается 2 часа, и Кико созывает производственное совещание. Пара десятков сотрудников «Vivienne Westwood Group» со всего мира, говорящие в общей сложности на 12 языках, будут приветствовать и рассаживать журналистов, клиентов, покупателей и спонсоров из разных уголков мира. Треть мест займут гости с Дальнего Востока – журналисты и покупатели из Китая, Тайваня, Гонконга и Японии. «Мы в необыкновенном зале, – воодушевляет коллектив Кико, – и показ должен получиться потрясающим!» Например, Лора споткнется в туфлях на каблуке от Вивьен Вествуд и полетит вниз со ступеней. Эффект домино остановит один из множества мужчин в костюмах из шотландки от Вивьен Вествуд.

Перейти на страницу:

Все книги серии Персона

Дж.Д. Сэлинджер. Идя через рожь
Дж.Д. Сэлинджер. Идя через рожь

Автор культового романа «Над пропастью во ржи» (1951) Дж. Д.Сэлинджер вот уже шесть десятилетий сохраняет статус одной из самых загадочных фигур мировой литературы. Он считался пророком поколения хиппи, и в наши дни его книги являются одними из наиболее часто цитируемых и успешно продающихся. «Над пропастью…» может всерьез поспорить по совокупным тиражам с Библией, «Унесенными ветром» и произведениями Джоан Роулинг.Сам же писатель не придавал ни малейшего значения своему феноменальному успеху и всегда оставался отстраненным и недосягаемым. Последние полвека своей жизни он провел в затворничестве, прячась от чужих глаз, пресекая любые попытки ворошить его прошлое и настоящее и продолжая работать над новыми текстами, которых никто пока так и не увидел.Все это время поклонники сэлинджеровского таланта мучились вопросом, сколько еще бесценных шедевров лежит в столе у гения и когда они будут опубликованы. Смерть Сэлинджера придала этим ожиданиям еще большую остроту, а вроде бы появившаяся информация содержала исключительно противоречивые догадки и гипотезы. И только Кеннет Славенски, по крупицам собрав огромный материал, сумел слегка приподнять завесу тайны, окружавшей жизнь и творчество Великого Отшельника.

Кеннет Славенски

Биографии и Мемуары / Документальное
Шекспир. Биография
Шекспир. Биография

Книги англичанина Питера Акройда (р.1949) получили широкую известность не только у него на родине, но и в России. Поэт, романист, автор биографий, Акройд опубликовал около четырех десятков книг, важное место среди которых занимает жизнеописание его великого соотечественника Уильяма Шекспира. Изданную в 2005 году биографию, как и все, написанное Акройдом об Англии и англичанах разных эпох, отличает глубочайшее знание истории и культуры страны. Помещая своего героя в контекст елизаветинской эпохи, автор подмечает множество характерных для нее любопытнейших деталей. «Я пытаюсь придумать новый вид биографии, взглянуть на историю под другим углом зрения», — признался Акройд в одном из своих интервью. Судя по всему, эту задачу он блестяще выполнил.В отличие от множества своих предшественников, Акройд рисует Шекспира не как божественного гения, а как вполне земного человека, не забывавшего заботиться о своем благосостоянии, как актера, отдававшего все свои силы театру, и как писателя, чья жизнь прошла в неустанном труде.

Питер Акройд

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду
Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду

Дэвид Роберт Граймс – ирландский физик, получивший образование в Дублине и Оксфорде. Его профессиональная деятельность в основном связана с медицинской физикой, в частности – с исследованиями рака. Однако известность Граймсу принесла его борьба с лженаукой: в своих полемических статьях на страницах The Irish Times, The Guardian и других изданий он разоблачает шарлатанов, которые пользуются беспомощностью больных людей, чтобы, суля выздоровление, выкачивать из них деньги. В "Неразумной обезьяне" автор собрал воедино свои многочисленные аргументированные возражения, которые могут пригодиться в спорах с адептами гомеопатии, сторонниками теории "плоской Земли", теми, кто верит, что микроволновки и мобильники убивают мозг, и прочими сторонниками всемирных заговоров.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дэвид Роберт Граймс

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Абсолютный минимум
Абсолютный минимум

Физика — это сложнейшая, комплексная наука, она насколько сложна, настолько и увлекательна. Если отбросить математическую составляющую, физика сразу становится доступной любому человеку, обладающему любопытством и воображением. Мы легко поймём концепцию теории гравитации, обойдясь без сложных математических уравнений. Поэтому всем, кто задумывается о том, что делает ягоды черники синими, а клубники — красными; кто сомневается, что звук распространяется в виде волн; кто интересуется, почему поведение света так отличается от любого другого явления во Вселенной, нужно понять, что всё дело — в квантовой физике. Эта книга представляет (и демистифицирует) для обычных людей волшебный мир квантовой науки, как ни одна другая книга. Она рассказывает о базовых научных понятиях, от световых частиц до состояний материи и причинах негативного влияния парниковых газов, раскрывая каждую тему без использования специфической научной терминологии — примерами из обычной повседневной жизни. Безусловно, книга по квантовой физике не может обойтись без минимального набора формул и уравнений, но это необходимый минимум, понятный большинству читателей. По мнению автора, книга, популяризирующая науку, должна быть доступной, но не опускаться до уровня читателя, а поднимать и развивать его интеллект и общий культурный уровень. Написанная в лучших традициях Стивена Хокинга и Льюиса Томаса, книга популяризирует увлекательные открытия из области квантовой физики и химии, сочетая представления и суждения современных учёных с яркими и наглядными примерами из повседневной жизни.

Майкл Файер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Физика / Научпоп / Образование и наука / Документальное