С такой родословной нынешний «сеньор Бандоля» в течение почти полутора веков скромно трудился в тени своих благородных от рождения коллег – Сира и Гренаша. А затем, в 1870-м, оказался совершенно неустойчив к убийце-филлоксере, эпидемия которой задушила его практически повсюду на юге Франции. При восстановлении «поголовья» очень многие виноделы не стали снова рисковать и предали Мурведр забвению.

Есть этому и другие важные причины. При всей своей внутренней силище, Мурведр наш очень капризен к погоде и, чтобы напоить спелой мощью свои гроздья, ему нужно много солнца и строго определенное, хоть и совсем небольшое количество влаги. В случае ее недостатка виноград не достигает зрелости, его кожица не становится темной – ни цвета, ни сахара. Урожай Мурведра может варьироваться в три раза от года к году, в зависимости от влажности. В общем, капризен этот сеньор настолько, что заниматься им можно только на тех терруарах, которые идеально ему подходят.

Так случилось, что именно Бандоль – настоящий рай для Мурведра! Идеальное солнце и сухой климат всё лето, нужное количество влаги. Натуральный природный амфитеатр, где террасы виноградников, окруженные защитой леса, сбегают со склонов высотой 350 метров прямо на юг, к морю, так что лозы не затеняют друг друга. Здесь Мурведр десятилетиями набирался благородных манер, и теперь никто не может упрекнуть его в грубости и безвкусице. Изящный и красивый уже «с младых ногтей», он удивляет насыщенностью цвета, полнотой вкуса и уверенностью в своем перспективном будущем.

В компании с парочкой Гренаш/Сенсо он хорошо смягчается, наполняясь фруктовой негой, а даже небольшое присутствие Сира сразу осаждает его и заставляет выражаться поэтичнее. Дубовые бочки, особенно большие (тонно), тоже очень его красят. Полтора-два года выдержки в них, затем еще 5-7 лет забвения в бутылке, и этот бывший сельский гуляка превращается в прекрасно сложенного и ухоженного сеньора с душой ковбоя и корзиной фруктов. Платье цвета темного кирпича, парфюм с нотами мяты, самшита, диких ягод, спелой брусники. Вино становится элегантным, покладистым, даже гибким, с пряным послевкусием из кожи, какао и гвоздики на вполне чувственных танинах.

Красные вина АОС Banclol можно спокойно забыть в погребе лет на 20-30 безо всякого ущерба для их репутации, напротив, возраст придает им больше мягкости в манерах, не умаляя при этом природной силушки.

Но что это я всё о красном? Если вы страстный поклонник именно красного вина, а розовое особо не уважаете, то рекомендую вам дать ему шанс реабилитироваться именно здесь, в АОС Banclol. Еще не было в моей многолетней практике такого скептика, который бы, отведав местного розе, осмелился сказать о нем что-то нелестное! Розовое вино стало отдельной гордостью и узнаваемой спецификой Бандоля. Благодаря ощутимому присутствию в нем Мурведра, уравновешенного Кариньяном и Сира, это розе получается полнотелым и сочным, ароматным и мягким, будто дама, романтичная и томная, которую не упрекнешь при этом в легкомыслии.

Именно бандольское розе способно красиво стариться в бутылках, подобно белому, становясь гастрономическим вином высокого качества. Бутылку 2016 года, например, не только не стыдно, но и престижно подать к рождественскому столу в 2021-м. И это притом, что в бочках местное розе не томится ни единого дня. Все его «серьезные качества» дают ему эти уникальные приморские терруары.

Конечно, его можно и даже очень приятно пить молодым, а многие виноделы специально делают как минимум два типа розового вина. Одно как раз такое вот мощное, для пития через несколько лет, а другое – для немедленного удовольствия. Стоит только немного уменьшить в розе долю Мурведра, и вот она, такая желанная свежесть и минеральность, хоть все-таки в Бандоле розе всегда будет более «тактильным» во рту. И пить его в жару в количестве более пары бокалов рекомендуется все-таки более крепким мужчинам. Да-да, розовое вино из Бандоля – не только «девчачье удовольствие». Помню, как десять лет назад, приехав летом к местным друзьям на пикник у бассейна, я пошла взять в холодильнике лед, открыла дверцу и замерла. Все полки были заложены исключительно розовыми бутылками. Снизу доверху. Без исключения. А ведь больше половины гостей составляли мужчины. Для меня, жившей тогда еще в России, осознание такого набора было равносильно культурному шоку.

А что же в Банаоле с белыми винами?

Им пока отводится эпизодическая роль в мощной тени красно-розового цвета. А между тем они есть и становятся всё виднее сейчас в уважаемой винной французской прессе. Золотом отливают они в бокале, экзотическим фруктом и прованскими травками пленяют нос, солоноватым морским привкусом остаются на языке. Многие бандольские белые изысканны и гастрономичны, они тоже имеют большой потенциал.