Читаем Виктор Глухов полностью

— Сидите уже, раз не смогли защитить своего суверена, — сварливо сказал я и поднялся. Подобрал шляпу и, как мушкетер, помахал ею перед Торой.

— Вы как всегда, ваше высочество, превыше всяких похвал, — добавил к поклону комплимент. — Позвольте вашу ручку?

— Это еще зачем? — с недоверием спросила она меня.

— Он ее откусит, — ответила за меня Вита.

— Если бы ее высочество было согласно, я бы съел не только ее ручку, я бы проглотил ее всю без остатка, настолько она аппетитна, — и снова поклонился, но не так низко.

Эльфары замерли и побледнели еще больше, если с их цветом кожи можно было бледнеть. Мои слова можно было трактовать как комплимент, а можно как оскорбление, намек на близость.

— Так я своим видом вызываю у вас аппетит? — Глаза девушки превратились в узкие щели, напоминающие амбразуры, и из них смотрели тысячи смертей.

— Нет, Тора-ила. Своим видом вы вызываете у меня желание бесконечно любоваться вашей красотой и изяществом. — Я осторожно взял ее руку в свою и под удивленными взглядами поцеловал ее.

Эльфарка вздрогнула, стряхнула наваждение от моих слов и выдернула руку.

— Если вы, тан, так хотите любоваться мной, почему же вы не пустили меня вчера к себе в гости? — спросила она, ее глаза смеялись, и девушка ждала ответа.

— Вы были не одна, льера, и я боялся мести вашего поклонника, — ткнул указательным пальцем в Аре-ила.

— Я не поклонник! — возмутился он. Причем я видел его испуг. Он никак не хотел быть в числе поклонников ее высочества.

— Как! Ты, недостойный бледнолицый нечеловек, не восхищаешься красотой ее высочества?! Тогда нам надо поговорить, — неожиданно закончил я. — Дамы, вы простите, если я заберу у вас ненадолго этого мужлана. Мне надо преподать ему уроки галантности. — Я подмигнул Аре-илу, вернее попытался, так как оба глаза у меня заплыли, и Шиза устраняла травмы, которые нанесла мне Тора. Я мог бы хлебнуть эликсира, но подумал — пусть порадуется девочка.

Аре-ил понял меня правильно, он вообще лучше стал соображать. Я это отношу к тому, что он чаще стал со мной общаться, ну и битым бывал.

В беседке он спросил:

— Зачем звал? — Вид при этом делал недовольный.

Я внутренне усмехнулся, но на лице хранил опухшее синюшное выражение сосредоточенности.

— Вот, — протянул две бутылки вина. — И хочу спросить в связи с известными событиями: ничего не отменяется по моему освобождению?

Ара взял вино и тоже усмехнулся, глядя на мою рожу:

— Нет, не отменяется. Вот только узнают теперь тебя или нет — это вопрос.

Тут из сумки показалась голова магистра, в которую не жалея набили костяных гвоздей, и посмотрела снизу вверх на меня.

— Несильно вы изменились, баронет, я вот узнал.

Аре-ил замер и испуганно смотрел на голову, из глаз которой постоянно лезли змеи.

— Нехеец, это что? Твой дух?

Я в раздражении щелкнул по башке магистра, и раздался звук, как будто я стукнул по пустому кувшину. Голова ойкнула и исчезла.

— Это мой домовой, — не моргнув глазом ответил я. — Хранитель очага у нехейцев. Нафаня. — Голова стала вылезать опять, и глазищи магистра смотрели возмущенно, поэтому я поспешил приплюсовал к имени: — Нафаня Вальгум Рострум, в прошлом маг и охотник за демонами, — и мстительно добавил: — Но они его поймали первыми, и вот результат: полная башка гвоздей и отсутствие мозгов.

Эльфар отсел подальше, подозрительно на меня зыркнул и спросил:

— Еще ко мне вопросы есть?

— Нет, только это хотел уточнить.

— Тогда до завтра, — попрощался он и боком, держа меня в поле зрения, вышел.

— Шиза, полетели на наш уютный спутник, там хотя бы в морду не бьют, и изучим это энергетическое недоразумение, которое даже на тот свет не пускают, — предложил я.

Из беседки мы перенеслись прямиком в знакомый зал. Я сел в кресло техника и подключился к глобальной сети. Моя почта была заполнена разного рода сообщениями. Разделив их по категориям — доходы, расходы, заказы, личное и хлам, я стал их просматривать.

Конечно, служба сборов Шлозвенга предъявляла мне претензии по налоговым выплатам. Но вот два кукиша вам, моя компания "Немо" зарегистрирована на матушке-Земле по моему домашнему адресу. И, пользуясь всеми правами первого землянина, вышедшего за пределы Солнечной системы, я тут же накатал себе налоговые льготы на любую деятельность на девяносто девять лет.