Читаем Виктор Глухов полностью

Сегодня на занятиях мы отрабатывали команду "Газы!" Нас завели в подземный бункер и бросали алхимическую бомбу. Бомба разбивалась, и в бункере появлялся нестерпимо вонючий запах. Наша задача была не облеваться и успеть поставить два щита, воздушный и силовой. Блевали многие и выскакивали из подземелья, чтобы пойти следующим заходом. Это считалось сдачей зачета. Изуверски действенная методика отработки быстроты постановки щита. Я оказался единственный, кто успел поставить щит и сдал зачет с первого раза.

Наступил третий вечер. Отряд специального назначения "Бездари" в полном составе был построен в моих апартаментах. Все в брюках, и где только женская половина их нашла? Но то, что отряд включил смекалку, меня обнадеживало.

Менять план занятий я не стал, и первым с обреченным видом вышел Штоф… чтобы появиться с другого конца спальни из другой двери. На его лице было написано торжество, которого не могла снести Мия, не хуже Чака Нориса врезав ему ногой по челюсти с разворота. Я с подозрением посмотрел на девушку — возможно, она нашла книгу по карате и тайно ее изучает. "Бездари" разделились на тех, кто заходил с центрального хода, и тех, кто заходил, скажем так, с черного хода. Но результат был всегда один и тот же: входящий оказывался на полу. Кроме того, количество любителей бить ногами увеличивалось в пять раз. Еще случилась потасовка между Мией и Мегги. Когда наша "Чака" пыталась провести свой коронный удар в прыжке, ее оттолкнула соперница, и Мия, не попав в очередную жертву, вылетела в коридор. Оттуда вернулся разъяренный бурундук с надутыми от возмущения щеками, который, наплевав на товарищество, вцепился в волосы Мегги и стал прыгать вокруг нее. Обе "бездарки" издавали воинственные нечленораздельные звуки, пиная друг друга. Прямо схватка приматов за банан. Кое-как успокоив своих бойцов, продолжил выступления. Я с нетерпением ждал номера Мии. Что еще сегодня нам приготовила прима-звезда группы "Бездари"? И она меня не подвела. Вместо нее в комнату влетело ожерелье из костяшек. Все, и я в том числе, с удивлением посмотрели на этот сувенир. И это была ошибка. Мия применила запрещенный прием. Ожерелье состояло из амулетов "воздушных кулаков". Они стали рваться, как выстрелы из гранатомета, третьим залпом снесли щиты, а четвертым разбросали любопытных "бездарей" по спальне.

Я нашел убежище, как всегда, под потолком. Но это было еще не все. Девушка заскочила в комнату и залегла. В ее руках было уже два ожерелья. Когда контуженные противники попытались перейти в атаку, она применила заклинание оцепенения, а потом болевой укол. Сверху мне казалось, что мои бойцы исполняют какой-то танец роботов. Сначала они замирали, потом дергались и снова замирали в нелепых позах. Так продолжалось минуты две, пока ожерелья не разрядились. Поняв, что у Мии закончились боеприпасы, банда — а другого слова я подобрать не мог, с яростью бросилась на девушку. И тут Мия совершила подвиг! Она подорвала себя гранатой. Правда, граната была алхимическая — "вонючка", которой нас травили в бункере. Не дожидаясь, когда вонь захлестнет меня, я телепортировался во двор. Следом, все в слюнях и посиневшие, выползали "бездари", их мучили позывы рвоты. Мии среди них не было. Мой сканер показывал, что она двигается к себе в комнату.

Я помог прийти в себя товарищам и, глядя на их задумчивые морды лиц, предупредил:

— Если хоть одна сво… один боец принесет еще одну такую бомбу, он будет там ночевать. Я вам это обещаю.

Поверьте, я был очень убедителен, и "бездари" прониклись.

Ночевать у себя я уже не мог и, побродив по территории академии, пошел спать в первую попавшуюся комнату своих вассалов. Согнал кого-то с кровати и лег. А чё? Мне можно, я сюзерен и не по своей воле сюда забрел, а только волею форс-мажора.

Ночью мне снилось, что меня домогались, а я охотно поддавался. Утром я обнаружил, что на односпальной кровати нас трое: я, Мия и Розина. И все голые. Девушки при этом обнимали меня, а на их лицах было разлито выражение блаженства. Я тихо встал и, не задаваясь вопросами, почему у них такие лица, оделся и вышел.

Овор сидел в окружении молчаливых девушек, хмуро изучавших дно своих тарелок. Только Лианора, как всегда невозмутимо и аккуратно, поедала свой ужин. Молчание становилось неловким, и дядька решился немного разрядить обстановку.

— Как прошел ваш первый день, рена? — обратился он к смеске.

— Плохо, господин Овор, — ответила девушка и с вызовом посмотрела на него. — Мне не нравится моя работа. — Она бросила взгляд на руки. — Скоро мои руки превратятся в руки крестьянки, я состарюсь и превращусь в старуху.

Вирона с насмешкой посмотрела на говорившую.

— Какое горе! У малышки появятся мозоли!

Ринада обожгла ее злым взглядом и снова повернулась к Овору.

— Помогите мне, тан.