Читаем Виктор Глухов полностью

«Дух — Демону.

Да пошел ты… Дух».

Ответа на мое послание не пришло.

— Мы можем взять управление спутником на себя, — неожиданно проявилась Шиза.

— Как это? — не понял я.

— Искин спутника старый, ему почти триста лет. Можно попробовать.

— Если бы это было так просто, то все кому не лень управляли бы спутником, — не поверил я.

— Не так все просто, — ответила Шиза. — Спутник защищен и работает в пассивном режиме, вычислить его практически невозможно. Потом, подобрать код доступа к спутнику — история долгая. Но у нас доступ к нему есть, и мы можем работать в ускоренном восприятии.

А что я теряю? Поразмышляв так и этак, я пришел к выводу: мне будет доступна дополнительная информация, а это лишний шанс выжить.

— Давай пробовать. Хакера второго уровня мы имеем, — согласился я и выпал из обычного пространства.

— Осуществляю вход в систему идентификации спутника, — сообщила Шиза, что приступила к работе.

После чего я отключился, с неким удовлетворением подумав о том, что за время жизни со мной она приобрела авантюрную жилку.

— Прошла первый уровень защиты, но дальше поставлена ловушка. Чтобы перейти к вскрытию второго контура, нужно ответить на вопрос: кто такой Арпадар? Если ошибемся, сразу попадем в замкнутый круг и получим вирус на нейросеть. На узел космической связи отправится сигнал о попытке несанкционированного проникновения. Далее искину будет дана команда на уничтожение твоего сознания. — Мой симбиот зависла.

— Арпадар — первый барон Нехейских гор, — ответил я, используя память Ирридара.

— Ты уверен? — осторожно спросила Шиза. — Второй попытки не будет.

— Я не знаю другого Арпадара, ты подумай, оно нам надо — получать вирус?

— А ведь вполне возможно! — будто и не слыша моей последней фразы, произнесла занятая своими размышлениями Шиза. — Там, за санитарным кордоном, историю этого мира не знают. Надо пробовать. Поймать вирус нестрашно, — наконец соизволила она ответить на мой вопрос. — Он попадет на один из пустых слоев сознания, откуда я работаю. Его уничтожат, малыши восстановят слой без ущерба. — И она снова замолчала.

Я уже засыпал, когда у меня в голове словно разорвалась вакуумная бомба.

— Есть, получилось! Вскрываю второй уровень защиты!

— Да чтоб тебя… — Мне захотелось вытащить эту хакершу и постучать ее головой по стенке.

— Идем дальше, — торжествуя, поставила меня в известность Шиза.

— А их много там, уровней защиты? — с опаской спросил я.

— Восемь, как правило, — ответила она.

Полночи меня включали и отключали, я проходил по восьми кругам дантовского ада, но неутомимая хакерша все же вскрыла искин и установила права администратора, а я, наконец перебрав все способы жестокого умерщвления мучительницы, уснул.

Утром, как ни странно, проснулся бодрым и с желанием пойти на тренировку. С удовольствием встал, принял форму номер два и вышел в сад поместья.

Успокоившись после слов Ирридара, Вирона отправилась к себе.

Девушка родилась и выросла на одной из бесчисленных космических станций, родители ее входили в состав технического персонала, обслуживающего гравитационные системы, и по контракту должны были отработать двадцать лет. Они радовались, что имели постоянную работу. А у девочки не было даже друзей, вся ее жизнь проходила на одном уровне станции, где она жила и училась. С раннего детства она от скуки занималась архаичным фехтованием, на что хватало денег у ее родителей. И здесь она добилась больших успехов, выиграла республиканские соревнования среди молодежи и стала девятой на межгалактическом турнире. Вирона хорошо училась, разъезжала по соревнованиям, и жизнь ей казалась сказкой, пока она не закончила школу.

Ее не спрашивали, куда она хочет пойти учиться после окончания школьного курса. Она прошла тестирование, и ей определили специальность — математический анализ и модели прогнозирования.

По запросу Управления кадров пограничных сил республики она была отправлена в спецшколу на факультет специальных математических дисциплин.

С математикой она была в ладах, а вот с практическим анализом — нет, все-таки жизнь в ограниченном пространстве наложила на нее свой отпечаток. На станции все было подчинено распорядку, автомат будил, выдавал порцию пищи, отправлял в школу и следил за ее расписанием. Она привыкла к тому, что родители, учителя, тренер определяли, что и когда ей делать.