Читаем Викинги полностью

— Когда я сидел там на бревне, я был не более напуган, чем другие. Но мне жалко было умирать, не сделав перед смертью ничего такого, о чем бы потом рассказывали. Поэтому, когда Торкель подошел ко мне, я сказал ему: «Я боюсь за свои волосы, не хочу, чтобы они перепачкались кровью». Сказав так, я откинул их вперед через голову, и человек, шедший позади Торкеля — потом я узнал, что это был его шурин — подбежал ко мне, намотал мои волосы на пальцы и сказал Торкелю: «Ну, бей!» Он так и сделал, но в тот же миг я дернул головой назад так быстро, как только мог, так что топор попал между мной и его шурином и отрубил обе руки шурину. Одна из них так и осталась висеть у меня на волосах.

Все в зале взревели от хохота. Сигурд сам смеялся вместе с ними. Потом он продолжил:

— Вы можете смеяться, но каким бы громким ни был ваш смех, он — просто тишина по сравнению с хохотом норвежцев, когда они увидели, как шурин Торкеля корчится на земле, а Торкель стоит над ним и завывает. Некоторые из них так смеялись, что попадали на землю от смеха. Ярл Эрик подошел поближе, посмотрел на меня и сказал: «Кто ты?» Я ответил: «Меня зовут Сигурд, мой отец — Бу, еще живы йомсвикинги». Ярл сказал: «Ты действительно достоин Бу. Примешь ли от меня жизнь?» «От такого человека, как ты, ярл, — отвечал я, — я, приму жизнь». Меня развязали. Но Торкель, недовольный этим, заревел: «Ах вот как! Тогда я не буду терять времени и зарублю Вагна». Подняв топор, он помчался к нему, а тот сидел спокойно на конце бревна. Но один из людей Вагна, по имени Скарде, хороший человек из Кивика, сидел через четырех человек от Вагна. Ему показалось неправильным, что Вагн потеряет голову вне очереди. Он вскочил перед Торкелем, тот наткнулся на него и упал, растянувшись перед ногами Вагна. Вагн наклонился и взял топор, и на лице его не было сомнений, когда он опустил топор на голову Торкеля. «Я выполнил половину моей клятвы, — сказал он, — а еще ведь остались живые йомсвикинги». Норвежцы засмеялись громче обычного, а ярл Эрик сказал: «Примешь жизнь, Вагн?» «Если ты дашь жизнь нам всем», — ответил Вагн. «Да будет так», — сказал ярл. Так они освободили нас. Двенадцать из нас спаслись живыми.

Сигурда Буссона громко хвалили за его рассказ, и все признали правильным то, как он воспользовался своими волосами. За столами все обсуждали его историю, восхищаясь удачей его и Вагна. Орм сказал Сигурду:

— В этих краях много такого, о чем все знают, а мы с Токе — нет, потому что мы долго были за границей. Где сейчас Вагн и что с ним случилось после того, как он спасся с бревна? Из того, что ты рассказал, следует, что удача его превышает удачу какого-либо другого человека, известного мне.

— Это так, — отвечал Сигурд. — К тому же, она не останавливается на полпути. Мы стали пользоваться большим расположением ярла Эрика, и через некоторое время он разыскал дочь Торкеля Лейры, которую нашел еще более красивой, чем представлял себе. Да и она не стала возражать против того, чтобы помочь ему выполнить оставшуюся часть его клятвы. Так что сейчас они — муж и жена, и очень довольны. Он подумывает о том, чтобы вернуться в Борнхольм вместе с ней, как только у него будет время сделать это, но последнее, что я слышал о нем, это то, что он жаловался, что еще не скоро сможет вернуться домой из Норвегии. Дело в том, что когда он женился на этой девушке, то стал обладателем такого количества прекрасных домов и прилегающих к ним поместий, что очень трудно быстро продать их все за хорошую цену, а в привычки Вагна не входит продавать за дешево, когда нет особой необходимости.

Токе сказал:

— Есть в твоем рассказе одна вещь, которой я не могу не удивляться. Я имею в виду сундук твоего отца, который он прихватил с собой, когда спрыгнул за борт. Ты его выловил перед отъездом из Норвегии или кто-то другой опередил тебя? Если он все еще лежит на дне, тогда я знаю, что буду делать, если поеду в Норвегию. Я обыщу все дно морское в поисках этого сундука, так как серебро Бу стоит целое состояние.

— Его долго искали, — сказал Сигурд, — не только норвежцы, но и те из людей Бу, которые уцелели. Многие искали его, но так и не нашли, а один человек из викингов, нырявший с веревкой, так и пропал. После этого все пришли к мнению, что Бу был таким викингом, который желает сохранить свое богатство даже на дне морском и не пощадит никого, кто попытается его отнять, потому что был он сильным человеком и очень любил свои богатства. Мудрые люди знают, что живущие в Больших Залах сильнее, чем когда они были живыми. Видимо, это относится и к Бу, хотя он находится не в Больших Залах, а на дне морском, рядом со своим сундуком.

— Жаль, что столько серебра пропадает, — сказал Токе, — но, как ты говоришь, даже храбрейший из людей не пожелает находиться на дне моря в объятиях Большого Бу.

Так вечер приблизился к концу.