Читаем Викинги полностью

Когда Жанна увидела скопление крыш, ощетинившихся трубами, у нее засосало под ложечкой. Почему-то у нее всегда было такое чувство, когда она приходила в город. До войны ей случалось ездить туда каждую неделю, на большой базар на площади Старого Рынка: там она помогала отцу продавать фрукты из их садика. Но с тех пор, как началась война, они стали избегать Руана. Клиенты и сами были готовы приезжать к ним за провизией; цены росли, как на дрожжах. Отец Жанны неплохо зарабатывал, нечего и говорить, но лишку брать себе не позволял. Те, у кого не было средств, знали, что он всегда готов дать им рассрочку, а иногда кое-что по мелочи и даром отдать.

Жанна поклялась, что ноги ее не будет в городе, пока не закончится война, но тут дело было очень спешное. И еще сильнее она заторопилась, когда добралась до центра города. Она несколько раз сильней нажала на педали, и позвякивание цепи о щиток велосипеда послышалось чуть громче.

Стояло прекрасное весеннее утро. Девушка свернула с улицы Фонтенеля и поехала по улице Славных Ребят. Она ехала и сама удивлялась: с какой стати она спросила у Леонии адрес Ле Биана? Она в первый раз видела этого молодого человека, да и не особенно любезно с ним разговаривала. Но с того самого дня его облик не выходил из ее мыслей. Доила ли она коров, топила ли очаг, она всегда видела его улыбку, выражение лица довольного мальчишки, с которым он увидел вместе с ней домик Леонии. В первый раз она увидела городского парня, который на нее не смотрел свысока.

Даже во сне этот проклятый человек ее преследовал. Жанна поставила велосипед у стенки, тщательно и крепко привязала его веревкой к водосточной трубе. Время ненадежное — лучше вещи на улице не оставлять. Она позвонила в белую дощатую дверь под номером 36, а сама думала: ей надо на него злиться, что он ворвался в ее жизнь, а не сходить самой с ума, как идиотке.

После того как он к ним приезжал, явились немцы, укокошили бедную Леонию. И вот ей пришлось тащиться в ненавистный город, чтобы сдержать свое слово. Дверь дома оказалась не заперта; Жанна толкнула ее и оказалась в коридоре, выстеленном черной и красной шестиугольной плиткой. Она поглядела по почтовым ящикам, на каком этаже живет Пьер Ле Биан. Проходя мимо зеркала против лестницы, машинально поправила прическу. Когда она поднялась на пару ступенек, вверху хлопнула дверь и по лестнице зазвучали торопливые шаги. Жанна еле успела прижаться к стене; мимо пронесся Ле Биан, даже не взглянув на нее. Он уже был почти на улице, когда она его окликнула:.

— Господин Ле Биан!

Молодой человек оглянулся:

— Жанна? Простите, я вас не заметил. Вы как здесь?

— Да просто так… — соврала она неловко и простодушно, но тут же и поправилась. — А вообще-то нет. Я приехала в Руан, потому что мне с вами надо обязательно поговорить.

Она немного запнулась, как будто ей надо было хорошенько набраться смелости прежде, чем продолжать.

— У нас случилось кое-что… очень серьезное… мне надо вам рассказать.

Ле Биан понял, что Жанна в страшном смятении. Он повернул назад и пригласил ее подняться к нему. Для убедительности он подтолкнул ее рукой в спину, и девичье сердце зашлось. Ле Биан вынул из кармана ключ, открыл дверь квартиры. Жанна изо всех сил старалась не выдать своего волнения, но сама чувствовала, что нош ее не держат. Хозяин предложил ей сесть на стул и вынул из шкафа бутылку сидра.

— У вас на ферме, конечно, и получше найдется, — сказал он шутливо, — а я чем богат, тем и рад: городским сидром.

— Ой, вы такой любезный, — ответила Жанна. Получилось глуповато, и она сама себя тотчас за это отругала.

Ле Биан был ученый; он привык и с девушками общаться умными и учеными. Жанна никогда таких не встречала, но чувствовала свое ничтожество по сравнению с ними. Наступившее молчание было неестественно, и хозяин решил первый задать вопрос:

— Так что, Жанна, что вы, собственно, хотели сказать?

— Они убили Леонию, — ответила она односложно, без всякого выражения.

— Как? Что вы говорите? — воскликнул в ужасе Ле Биан. — Я же говорил вчера, что надо туда отправляться; никогда себе не прощу… А известно, кто это был?

— Немцы, — ответила Жанна. Она уже сказала главное, и ей стало легче. — Они приехали ее допрашивать. Обшарили весь дом, все переколотили, а потом ее застрелили. Наповал. Они бросили тело в пруд, но собака ее нашла…

Ле Биан не знал, что и сказать. Виноват ли он в том, что случилось? Или все это вовсе не из-за него? Он провел рукой по лбу и подумал: нет, вся эта история явно выше его сил.

— Но это не все еще, — сказала Жанна, к которой в отличие от собеседника пришло второе дыхание. — Мне надо вам вот что сказать… Как вы приходили, она все боялась, она сама мне так сказала.

— А почему так? — спросил Пьер. — Леония не все мне сказала?

— Совсем не все! — сказала Жанна, очень довольная тем, что знает больше молодого человека, который ее так волнует. — Она, бедная, очень боялась, что к ней придут выведывать древние тайны. Толком я не знаю, о чем речь, но вот это она мне оставила для вас. Я его не открывала.