Читаем Викинг полностью

Но будем надеяться на лучшее. И готовиться к… ко всему. Мы начнем, когда лже-Водимир со спутниками покажутся из-за речной излучины. Пока они будут неспешно ехать по санному пути, мы должны скрытно добраться до стены. А когда у ворот поднимется шум, мы эту стену форсируем. В это же время из леса выдвигается группа поддержки, которая рванет вперед, едва Трувор со своими заблокируют ворота. Но это – их задача. Наша – вывести из-под удара Зарю.

Мы были в готовности, когда на санном пути показался первый всадник.

На фоне снега он был отлично виден, хотя затянутое тучами небо скорее поглощало свет, чем отдавало. Виден и нам, и тем, что на вышке.

Я рванул первым. Остальные – за мной. И тут же меня обогнали. Как всегда.

Но это было неважно, потому что вот мы уже под стеной. И никаких признаков того, что нас засекли. Теперь – ждать.

– Открывай, дурная голова! – наконец донеслось со стороны ворот. – Не видишь, кто приехал!

Изнутри что-то крикнули в ответ… по-эстски!

Но Трувор, оказывается, был к этому готов. Снаружи ответили на том же языке…

– Давай… – прошипел я, и крючья полетели вверх.

И стрела. Вихорёк с тридцати шагов, в полной тьме сумел кого-то углядеть. Хруст впившихся в дерево крючьев совпал со звуком падения. Достаточно тихим, чтобы понять: подстреленный со стены не свалился.

Витмид и Парус взлетели на стену в три секунды. И сразу разбежались в стороны.

Моя очередь.

Получилось не так ловко, как у скандинавов, но всё же я взобрался быстро и почти так же тихо. Внизу теплились огоньки. Я нашел широкое светлое пятно нужной нам крыши.

До ворот отсюда метров двести. Там было шумно, но пока это просто шум, не драка.

Витмид и Оспак вернулись и застыли в ожидании команды. Значит, стену они зачистили.

Всё. Последняя пара, Крумисоны, наверху. Вихорёк и Тулб разошлись, чтобы контролировать как можно большее пространство. Как они ухитряются что-то видеть в этой темени?

Пора. Вот-вот наших раскроют, и начнется заварушка. К этому времени я должен вытащить Зарю.

Прыжок в сугроб с полутора саженей – это запросто. Мои посигали со мной. Сугроб для смягчения понадобился только мне.

Выкарабкавшись из снега, я побежал к дому. И едва не наткнулся на человека, выскочившего из дверей.

Слишком далеко, чтобы достать его, прежде чем он заорет.

Я не успевал… Но успела стрела. Человек опрокинулся на спину, а я скользнул в уже открывшуюся дверь. Остальные – за мной.

Внутри было светло и тепло. Пятеро сидели за столом. Двое играли в хнефатафл[243], остальные болели. И так увлеклись, что среагировали на наше появление с фатальным для себя опозданием. Иначе говоря, никто и пикнуть не успел.

Я кинулся в глубину дома, в клеть.

Зари там не было. Только перепуганная до икоты женщина, собравшаяся завизжать, но я вовремя успел зажать ей рот.

– Не ори, и будешь жить, – сказал я по-словенски. – Поняла.

Кивок. Глаза, как плошки.

Я убрал руку.

– Где княжна?

– Ее в большой дом увели, – пискнула женщина. – Снедать. Еще не вернулась.

Не поздновато ли для ужина?

Во мне закопошились нехорошие предчувствия.

– Сидишь тихо, как мышка! – рыкнул я. – Нет, лучше лезь под лавку!

И не дожидаясь исполнения команды, кинулся обратно.

– Она в большом доме! – бросил я своим. – Бегом!

Я чуял, что таймер отсчитывает последние секунды.

И не ошибся. Едва мы вылетели за дверь, как у ворот началась буча. Звон железа, вопли. Отовсюду бежали люди покойного Водимира. Некоторые – с факелами. Даже тесно как-то стало. К счастью, на нас никто не обращал внимания. В темноте и не разберешь, кто чей. Никто не ожидает увидеть врагов среди толпы своих. А человек, как известно, видит то, что хочет. Как правило.

Мы ворвались в большой дом после того, как из него вывалилась очередная пачка бойцов.

Я был в такой ярости, что отшвырнул и опрокинул сразу троих, хотя каждый из них был наверняка крупнее меня.

А потом ко мне пришел Волк, и всё остальное стало неважно.

Кроме Зари, которую двое уродов пытались уволочь куда-то за фигуры домашних идолов. Заря отбивалась, как могла, но уроды были в бронях и раза в полтора крупнее.

Увидев нас, один тут же прижал к ее горлу кинжал и что-то заорал.

Я не понял. Я вообще плохо понимаю слова, когда Волк со мной.

Зато я очень быстро двигаюсь.

Вспрыгнув на стол, я промчался по нему раньше, чем кто-то из врагов сумел среагировать, прямо со стола махнул на помост и хлестнул Вдоводелом по руке урода.

Обрубок руки с кинжалом ударился о черную рожу идола и упал на пол. Туда же повалился и сам урод, когда я разрубил ему рожу. Второй выпустил Зарю и попытался закрыться рукой. Я засмеялся и кольнул его в горло повыше кольчуги.

Потом развернулся и… выдохнул, расслабляясь.

Когда мы вошли в дом, там оставалось примерно с десяток ворогов. Мои уже успели прикончить всех. Парус встал в дверях, готовый рубить любого, кто сунется.

За спиной его устроился Тулб, готовый стрелять в упор, а Вихорёк, с наложенной стрелой (когда они только успели к нам присоединиться?), держал под контролем зал.

– Ты пришел! – взвизгнула Заря и повисла у меня на шее.