Ивар Рагнарсон собрался пограбить англов. Пробить тему для папаши, который решил пощупать будущих гордых британцев на следующий год. Но первым, как говорится, самые сладкие куски, так что Ивар согласился охотно. И вот для сего доходного предприятия Ивару надобны лихие и удачливые парни вроде меня.

Не стану отрицать: я вздохнул с облегчением. До последнего момента подозревал, что Бескостный двинет на Ладогу.

Да и сколько до той Англии плыть? Не в Рим, чай. Считай, рукой подать. Через море переплыл — и там.

— Это хорошо, — сказал Ивар, — что Гримар-хольд и Ульф-хёвдинг (Ну надо же! Хёвдингом почтил!) помирились. Потому что Ульф в этот вик с нами идет.

Иварова братва одобрительно заворчала. Надо же. А я и не думал, что пользуюсь таким авторитетом среди головорезов.

Я хотел вякнуть, что мне надо посоветоваться с моими людьми, но глянул на Свартхёвди и промолчал.

На кирпичной роже Медвежонка отчетливо написано: да. Вернее, даже не просто «да», а «О! Да, да! Классная тема!».

Немигающие глаза ящера сверлили меня, напоминая: скажешь «нет», пеняй на себя.

Дания — свободная земля. А Роскилле — в особенности. Но это в значительной степени свобода таких, как Ивар, кушать таких, как я. В случае конфликта интересов.

Ивар сказал: пойдешь с нами. Значит — без вариантов.

А если уважаемый Ульф Черноголовый насчет сохранности своей прекрасной невесты беспокоится, с усмешечкой продолжал Бескостный, так пусть не беспокоится. Если Ульф составит Ивару компанию в будущей экскурсии, то он, Ивар, станет личным гарантом того, что ни один «претендент» более не рискнет покуситься на самую красивую девушку Сёлунда. И если все же рискнет, то будет как с тем парнем, который в прошлом году повел себя неправильно в отношении одной из Иваровых наложниц. Все слышали?

Слышали все, включая меня. И даже Гримар слышал, хотя приехал на Роскилле недавно. И пересказывать не буду, что Бескостный сотворил с беднягой. Отмечу лишь, что чуть позже папаша Рагнар укорил сынка за несоразмерную проступку жестокость. Это Рагнар-то!

Так что с таким гарантом, как Бескостный, даже самый отмороженный «гримар» не посмеет покуситься на мою Гудрун.

Мне недостало храбрости возражать. Вместо этого я сглотнул слюну, ухватил емкость с пивом и поднял тост за щедрость и славу Ивара-конунга.

Ивар благосклонно улыбнулся, но я знал: ему плевать на лесть. Он хотел видеть меня среди своих воинов, и он меня получил.

Господи, как мне не хочется иметь дело с Бескостным! Впору собрать манатки и бежать с Сёлунда…

Глава четвертая,

в которой герой сначала мечтает, потом — печалится, а в итоге придумывает схему успешных тренировок

В Роскилле я купил раба. Франка. Строителя. Продавец, местный оптовый работорговец, естественно тоже из Медвежонковой родни, получил задание изыскать мне строителя. И нашел. Причем недорого. Раб был стар и чуток покалечен — недоставало пальцев на ногах, обморозил прошлой зимой. Вдобавок франк не говорил по-датски, так что цена его была просто смешная. Ноги он обморозил у прежнего хозяина, который и купил франка как строителя, но, когда тот надорвал спину, тягая бревно (строитель — значит, строй!), в приобретении разочаровался и начал использовать бедолагу на всяких черных работах, а по весне, чтобы вернуть хоть часть денег, намеревался продать жрецам Одина. Эти охотно скупали бесполезных трэлей, чтобы приносить их в жертву.

Словом, будущее бедняги было ничуть не радужнее настоящего. И Пэррик, так звали трэля, выглядел так, будто он уже частично умер. Ни на что особо не надеясь, я начал его расспрашивать. Когда я заговорил с рабом на его родном языке, он слегка ожил. И признал: да, у себя на родине он был строителем.

Это еще ничего не значило. Строители бывают разные. Одни дворцы проектируют, другие цемент лопатой мешают.

Я велел дать деду козьего молока, чтобы он чуток взбодрился, и спросил, умеет ли он строить печи?

Ответ — положительный. Да, умеет. В том числе и кузнечные. Я покосился на хозяина дедушки. Если тот узнает, что франк — такой высококвалифицированный специалист, цена существенно поднимется. Раз этак в двадцать.

Но рабовладелец по-франкски — ни бельмеса. Тер с Медвежонком о падении цен на рабов, вышедших в тираж. Мол, чтобы выручить хоть что-то, надо «товар» в Успалу везти, а то усилиями Рагнара сотоварищи местный рынок просто завален двуногим товаром.

А знает ли доходяга Пэррик, как делать кирпичи, из которых делают печи?

Знает, само собой, а как же иначе? И как делать печи для обжига оных кирпичей, тоже. Он же профессионал. Естественно, он владеет полным циклом: от глины с песком до сведения сводов.

— Сводов? — изумился я.

Ну да. Он мог бы даже купол построить. Теоретически. Потому что в здешних условиях, да еще без нужных специалистов о таком даже мечтать не стоит. Но вратную арку Перрик мог бы исполнить даже здесь. А печи — это вообще его специализация. Так что, если я хочу получить обогреваемые по византийскому образцу полы…