Читаем Вихри сансары полностью

Вечером они вновь побывали в храмовом комплексе на восхитительном лазерном шоу, повествующем о божествах, Индии, искусстве и любви. Весь следующий день до самого вылета в Варанаси Майя с Максимом, вдохновленные увиденным, отдавались любовным утехам.

***

Ночной Варанаси встретил их адским жаром. После прохлады салона самолета раскаленный воздух обжигал легкие.

В аэропорту их ждал водитель такси с табличкой «Мак Сим». Долго ехали по полутемному городу, и чем дальше углублялись в каменные катакомбы, тем больше погружались в облако сладковато-горьких дурманящих благовоний вечного города Варанаси.

Ранним утром за ними зашел вороватого вида гид по имени Хари. Вышли из отеля и погрузились в шум и гомон индийских улиц.

– Ради экзотики я повезу вас на велорикшах, – сказал Хари и стал отчаянно торговаться с извозчиками.

Майя с Максимом удобно устроились на ярко украшенной тележке. Тщедушный возница лет семидесяти отчаянно крутил педали. Рикши, автомобили, мотоциклисты, повозки, запряженные буйволами, двигались единым потоком, плотно прижавшись друг к другу.

То и дело въезжали в рыночные кварталы, заполненные туристами, праздношатающимися бродягами и нищими калеками. Крики уличных торговцев звучали из-под каждого навеса. Хари без конца заводил их в «нужные» магазины и убеждал купить здесь «лучший товар», потому что, по его заверениям, в любом другом месте их обманут. Создавалось впечатление, что Варанаси – это один большой рынок со снующими по нему рикшами. К концу поездки у Максима в руках была огромная сумка с покупками. За время пути возница успел рассказать на ломаном английском про свое многочисленное семейство.

– Я так и не могу понять, – спросила Майя Максима, – он рассказывает о внуках или о детях? Сколько, он сказал, младшему – пять лет?

Максим уточнил.

– Дети, дети, я молодой, – отозвался старик и не без бравады добавил: – Мне пятьдесят лет.

Рикши остановились; старик с благодарностью принял от Хари пятнадцать рупий.

– Десять рублей почти за час мучительной работы? – с состраданием заметила Майя.

– И два часа простоя, – добавил Максим, и, к зависти индийца, подвозившего Хари, дал старику доллар. Тот благоговейно сложил перед лицом ладони и поклонился.

Хари взял из рук Максима пакеты и передал их непонятно откуда взявшемуся мальчику лет пятнадцати.

– Этот мой лодочник – немой, – важно сказал Хари. – Он положит вещи в наш магазин, а на обратном пути вернет их вам.

Слово «немой» Хари произнес как-то презрительно и обреченно, как если бы мальчик был безнадежно болен проказой.

***

– Варанаси – один из древнейших городов земли, – деловито начал свое повествование Хари. – Наш город был основан пять тысяч лет назад самим Шивой. Здесь жил он вместе со своей любимой женой Парвати. Впрочем, по индуистским установлениям Шива и теперь живет здесь как «Повелитель Всего». Шива – олицетворение разрушительного начала Вселенной – величайший из трех главных богов. Через каждые 432 миллиарда лет он уничтожает всю Вселенную, и тогда Брахма снова создает ее, а Вишну указывает правильный путь к Брахману. Варанаси входит в семерку священных городов индуизма, где можно достичь мокши – освобождения духовной сущности человека от пут материальности и выхода из сансары – круговорота рождений и смертей. Десятки тысяч индусов ежедневно прилетают, приезжают и приходят сюда, чтобы выполнить священный ритуал омовения в водах матери рек Ганги. Священная река начинает течь из сосуда, что находится в руках Брахмы, омывает стопы Вишну и далее проходит через спутанные волосы Шивы. Поэтому те, кто совершит омовение в ее водах, освященных тремя богами, смогут очиститься от всякой скверны. Воды Ганги текут с Гималаев на юг, но здесь река делает изгиб и снова течет к Гималаям, на север. Между реками Варуна и Аси, впадающими в Гангу на севере и юге, и был основан город, название которого происходит от этих двух рек. В городе более тысячи храмов, посвященных Шиве. Варанаси является общепризнанным центром браминской учености, – не без гордости заметил Хари, как если бы сам он был пандитами – посредником между Брахманом и остальными людьми.

– Считается, что если индус умрет здесь, на берегу Ганги, его душа больше не будет перерождаться, выйдет из колеса сансары, и обретет вечный покой-мокшу, и соединится с Брахманом.

– Даже неприкасаемые? – с надеждой спросила Майя.

– Даже неприкасаемые, – подтвердил Хари. – Правда, лишь в том случае, если человек в последней жизни не совершал особо тяжких грехов, таких, как ограбление или убийство. Кстати, именно неприкасаемые занимаются кремацией: это их удел.

***

Город, заполненный паломниками, торговцами, жрецами и туристами, был похож на улей. То тут, то там проносили бамбуковые носилки с умершими, завернутыми в яркие ткани. Древняя часть Варанаси была подобна лабиринту грязных, извилистых и узких улиц. Узких настолько, что если по улице шла тучная корова, то разминуться с ней было невозможно. И тогда идущие ей навстречу возвращались назад до ближайшего перекрестка и с благоговением уступали дорогу священному животному.