Читаем Вячеслав Иванов полностью

– Поэта Гумилева я ценю. Одно время он был под сильным влиянием Брюсова и “французов”, но затем он от своих учителей освободился и приобрел полную самостоятельность… Конечно, – романтик и упивающийся экзотикой, но романтизм его не заемный, а подлинный, им пережитый… Накануне своей дуэли с Максимилианом Волошиным… Гумилев провел ночь у меня. Я, хотя Волошин был моим приятелем, в этом его столкновении с Гумилевым был на стороне Гумилева, а с Волошиным разошелся… Это, разумеется, не мешает мне высоко ценить стихи последних лет Волошина: в них он настоящий красавец»[386]…

Альтман познакомил Вяч. Иванова со своей семьей. Его родители были хасидами – принадлежали к одному из самых живых и сердечных направлений иудаизма. К учителю сына они прониклись такой нежностью, что даже пригласили вместе с дочерью на празднование Пасхи, которую обычно справляли в узком домашнем кругу. Вяч. Иванов здесь воочию соприкоснулся с ощущением радости от события более чем трехтысячелетней давности, неизменно переживаемого в дни пасхального седера как сегодняшнее, и еще раз почувствовал родство этой ветхозаветной трапезы – через Тайную вечерю – с Таинством Евхаристии. На стук в дверь маленькая сестренка Моисея Альтмана побежала открывать пророку Илии, который всегда приходил незримо. Библейская история словно оживала на глазах и помогала глубже и объемнее воспринимать Евангелие.

Альтману, несмотря на разницу в возрасте, сделавшемуся Вяч. Иванову настоящим другом, поэт посвятил цикл из трех сонетов, где были такие, полные признательности, строки:

Третьим из наиболее близких Вяч. Иванову его учеников в Баку стала Елена Александровна Миллиор – вспоследствии выдающийся специалист по античной истории. Она заведовала кафедрой в Ижевском университете, а последние годы жила в Ленинграде, где написала прекрасное исследование о романе М. Булгакова «Мастер и Маргарита». Два отрывка из него были опубликованы в «Вестнике РХД» (1976. № 119) под инициалами «Е. М.». В Бакинском университете Елену Александровну называли Нелли. Вяч. Иванов подарил ей свою фотографию с надписью «Моей филологической сотруднице и сомечтательнице Елене Александровне Миллиор» и с такими стихами:

Сохранился бакинский дневник Е. А. Миллиор, который она прислала Л. В. Ивановой. 21 июля 1921 года Елена Александровна записала в нем: «На днях держала экзамен у Вяч[еслава] Иванова. Наша беседа длилась около одного часа. При этом мы рассматривали и план Афин и фотографии развалин, и он рассказывал о них. Читал мне целые лекции о Дионисе и пра-Дионисе. И невзначай задавал коварные вопросы. Спрашивал даже мелочи, даже термины»[389].

А на следующий день произошло событие, о котором Е. А. Миллиор сделала запись 24 июля: «22-го я присутствовала на защите диссертации Ивановым. Благодаря общению с ним, я была вполне в курсе дела и могла разобраться в смысле его тезисов. Затем было прочитано постановление факультета и при громе аплодисментов профессора начали поздравлять и целовать В. И.»[390].