Читаем ВИ полностью

Редкие булочные были открыты. Сонные с легкой истомой в теле работницы кафе протирали рожки кофе-машин, стаканы и красили губы нейтральной помадой. Каждая из них вспоминала прошедшую ночь. У кого-то она была потливо-жаркой, кто-то из них поддался давнему соблазну, иная отдалась под действием алкоголя индивидууму и теперь игнорировала его попытки общения посредством смс. У кого-то из них было больше одного любовника за ночь. У кого-то больше трех. И лишь Жанна предавалась утехами с пятью мало ей знакомыми людьми. Они не были пролетариями, но и не принадлежали к высшим слоям буржуазного слоеного пирога. Они не были люмпенами, они не были интеллигенцией. Скорее всего их нужно было отнести к мелким купцам и ремесленникам. Кто-то из них держал мясную лавку за Москва-рекой, иной был банковским служащим, третий торговцем средней руки, он продавал бывшие в употреблении но еще годные к пользованию сотовые телефоны в районе улиц героев войны 1812 года, что говорить, продавал умело, четвертый был изрядным проходимцем, он всегда оказывался в разного рода компаниях, был вхож в любые общества и окружения, чем он занимался решительно никто не знал и не потому что было что скрывать, нет в самом деле никто не знал и легкое облачко любопытства никогда не выпадало осадком неудобных вопросов и расспросов этого господина. Последним же участником оргии был директор гимназии то ли 48 то ли 56 лет. Как он оказался в этой компании, кто мог его пригласить – загадка. Известно одно, что когда ему исполнилось 45 он друг почувствовал, что все что он знает, он почерпнул из учебников, все чего он не знал – он не знал по причине того, что этого не было написано в книгах или он оные еще не прочел. Его охватил пронизывающий насквозь ветер отчаяния. Он осознал вдруг как неумолимо быстро бегут годы и если не сейчас, то уже никогда. Он составил список всего того, что никогда не пробовал и хотел бы испытать непременно. Список насчитывал 211 позиций, цитировать их не вижу смысла, ибо банальны они до невозможности, хотя попадаются среди них деликатесы. Главной же героиней была учительница физики, которая подрабатывала официанткой, которая стояла сейчас в витрине новогодней булочной и чистила кофейный рожок. В этот момент Маэстро проходил мимо этого окна, он окинул беглым взглядом витрину и пошел домой спать.

Сотик на Совке

Новый год это всегда сюрпризы. Дед мороз там, елка, снег кружится и не тает. Очередная любовница отскочила в первых числах потому что новый ухажер потащил ее в латинскую Америку. Хуево, но зато есть шпэт. Десять дней каникул тянутся неистово долго, если мало денег. А денег у Маэстро было мало. Бюджет съедал шпэт. Сэтов в начале января не было, а значит не было лавандоса. Месяц выдался лютый. Однажды утром Маэстро обнаружил, что айфон больше не заряжается. Ах, незадача, сломанный телефон совсем некстати будет. Холодильник тоже был сломан и компьютер и лампочка в ванной перегорела, и мониторчики не фурычили. Получалось так что в одну ночь сломались все электрические приборы. Ну это или инопланетяне или счет за электричество просрочен на две недели.

Случилось страшное, несмотря на то, что сумма была ничтожной она ставила Маэстро перед тяжким выбором – отказаться от беляшей или шпэта. Вынуть и положить 4500 рублей было невозможно без того, чтобы не остаться голодным или не поддуть. С другой стороны важность электричества была сильно преувеличена и насаждена нам массонами и прочими инопланетными умами.

Чих-пууух. Мокрый с дымком заходил в легкие и все становилось на свои места, логика начинала работать исправно. Электричество, 100 лет назад жили без него, а что оно дает мне по факту – думал Маэстро. Чтобы готовить мне нужен газ, им я обладаю, чтобы мыться у меня есть вода, она свободно течет из крана, чтобы спать у меня есть гамак, чтобы поддуть мне нужна зажигалка. Электричество при правильном подходе давало не так много, как казалось замутненному предрассудками цивилизации мозгу. Давало по сути ничего. Ну, прям мало. Ну децл.

4500. Эта сумма не была большой если смотреть на нее сверху, но если лечь на пол и поставить ее рядом, то она давала большую тень, эта тень росла вместе с восходом солнца и к обеду была просто космической. 4500. Это, Господи, 90 беляшей! Нет, не 16, не 5 и не 20, а де-вя-но-сто. Это 90 пачек риса, 90 килограмм риса, 90 килограмм сухого риса, а если сварить, то можно есть до осени, бляха-муха. 4500. Это говорить по сотику 9 месяцев. Без комментариев, вечность. Вечность. Бесконечность, за это время я стану богат. 9 месяцев. Свечи, да нужны свечи, чтобы вечером можно было читать, ведь зима и темнеет ебанистически рано. Значит свечи идут по 20 рублей. Копье, в расчет не берем. Шпэт. На него деньги шли из отдельного резерва.

Что ж вывод был очевиден – нахуй электричество.

Электричество делает человека бедным, ты становишься зависим от него. Нахуя тебе столько электричества, ты че пьешь его? 9 месяцев сотовых разговоров и я получу свои миллионы, они в пути. Но даст ли мне что-нибудь это электричество?