Читаем Ветер в горах полностью

— Это молодой воин с побитой ногой. На коне скакать не может, но ковыляет бойко и пришёл со своим луком. Я еле этот лук согнул. Мы его Луком и прозвали, всё лучше чем Хромоногий.

Отдохнув мы двинулись дальше. Шаман больше не прятал следы. Он ехал впереди отряда на своём Звере и, казалось, спал. За два дня мы пересекли степь, не встретив ни единого человека. На третий впереди показались горы.

— К вечеру дойдём, завтра начнём подниматься, — сказал мне Шаман на дневном привале, — Надо будет дров с собой прихватить, там не будет. Одну ночь, хочешь не хочешь, придётся провести в снегу, а две на ветру.

— Выдержим, — ответил я, — тёплая одежда есть, шкуры есть, дерево для костра начнём собирать прямо сейчас, что бы потом не искать.

В ночь перед подъёмом в горы я ушёл в степь и зажёг костёр. К огню пришли Торгаш с Брамином, Шаман и Одноглазый с Кузнецом. Положив по небольшой ветке в поднявшееся пламя, они расположились вокруг костра.

— Говори, Хан! — торжественно попросил меня Шаман.

— Настало время вам узнать что я замыслил. Мне стало известно, что люди долины много лет подряд грабили тех, кто ходил в набеги на сатрапии. Зачем нам идти далеко, когда сокровища рядом. Заодно отомстим за тех, кто не вернулся домой, — я замолчал и посмотрел на своих людей. Слушали меня крайне внимательно.

— Мы пройдём перевал и долину, а там устроим тайный лагерь. Из него будем совершать набеги. Уйдём, когда решим, что нам хватит денег и мести.

— Уйти будет не легко, — протянул Шаман, — но я справлюсь.

— Два старших брата моей матери не вернулись из похода через перевал, — с угрозой сказал Кузнец, — я с тобой, Хан!

— А с этой стороны гор лагерь поставить нельзя? — спросил Одноглазый.

— Нам два дня подниматься и один спускаться, — ответил я.

— По мне, так это лучше, чем идти в неведомые сатрапии, — улыбнулся Торгаш.

— Веди нас, Хан! — поднялся Брамин, — Я с тобой.

Поднялись все, даже Шаман. Последним, по традиции, встал я.

— Да вернёмся мы все! — произнёс я ритуальную фразу.

— Да вернёмся мы все! — повторили её все.

Первый день прошёл достаточно легко. Широкая, хотя и заброшенная, дорога уверенно тянулась вверх, пустые повозки катились легко, кони словно не замечали подъёма. Второй день дался нам много тяжелее. Похолодало, дорога сузилась, время от времени приходилось спешиваться и толкать повозки всем отрядом. Ночевали мы на старой стоянке. По словам Шамана, когда-то торговые караваны каждый день шли через перевал. Поэтому здесь была построена стена из камней, дававшая укрытие от ветра, подготовлены места для очагов, а один поток горного ручья направлен в скальную нишу в трёх десятках шагов от стоянки. К моему удивлению, Шаман переоделся в тот самый халат, из-за которого так попало Толстому. Заметив общий интерес, Шаман удостоил нас пояснения:

— Это волшебный халат. Зимой в нём тепло, летом прохладно. Его не пробьёт стрела, в нём даже думается легче. Я так долго зачаровывал его, а этот мошенник его стащил!

— Да если бы я знал, что он волшебный! — расстроился Толстый, — Разве я бы носил его на своих плечах! Продал бы его сразу и все дела!

Место рядом с Шаманом тут же опустело. Пряча улыбки все быстро разошлись.

— Я тебя сейчас на всю ночь отправлю степные травы собирать! — привычно завопил Шаман.

— Так их тут нет, мы же в горах! — заулыбался Толстый, — Ты что, учитель, проспал весь подъём? Так ты меня спрашивай, я всегда знаю, где мы! Мой дед тоже от старости из ума выжил, всё приставал ко всем с вопросом "Где это я?", так что мне не привыкать!

В руках Шамана стал разгораться огненный шар.

— Толстый, беги, дурак! — не выдержал Лекарь.

Ученик шамана рванул как скаковая лошадь. Шар с грохотом и разбрызгивая искры ударился о стену. Та зашаталась и задымила. Толстый, истошно завизжав, перепрыгнул через каменный барьер чуть ли не в самом высоком месте. Замерев на месте весь мой отряд уставился на стенку. Почувствовав, что у меня открыт рот, я аккуратно его закрыл.

— Шаман, — кротко попросил я, — а может хватит на сегодня?

— Да я хотел камни нагреть, что бы тепло было, но выплеснул слишком много огня, так что грейтесь теперь как хотите! — выдохнул Шаман и ушёл к своей повозке.

Я посмотрел на раскалённые до красна камни стены в том месте, где в них ударил шар огня, ощутил жар в двадцати шагах от них и крикнул Тощему:

— Ставь шатёр поближе к стене!

Выспался я прекрасно.

Спуск в долину был пологим и почти прямым. Снег сменился голыми камнями, потом появились трава и кустарник, потеплело. Ближе к вечеру дорога пошла между двумя скалами. В самом узком месте вход в долину преграждала стена с открытыми воротами. Вооруженные люди, стоявшие на стене с удивлением смотрели на мой отряд. Я выехал вперёд и прокричал ритуальную фразу:

— Отряд Хана просит народ долины пропустить его через свои земли!

— Народ долины с радостью пропустит отряд Хана на земли сатрапий! — чуть помедлив ответил мне должно быть старший на заставе воин.

Я спешился и подошёл к нему.