Читаем Весы полностью

Но они не ставили перед собой цели вычислить среднее арифметическое социума. Их миссией было прорваться через грань. Уэйн все время встряхивал головой, чтобы фрагменты мозаики улеглись. Фрэнк даже посмотрел на него. Уэйн поражался, что в Америке могла возникнуть подобная идея. И вот он оказался в гуще событий, едет в машине, продуваемой ветром.

Они помочились в поле под небольшим дождем.

Уэйн сел за руль, когда позади в небе вспыхнули первые красноватые лучи. Радио выключили, окна закрыли. Фрэнк спал на заднем сиденье, постанывая сквозь зубы.

– Я все еще никак не привыкну, – произнес Уэйн, посмотрев на Раймо. – Читаешь научную фантастику?

– Спятил что ли, Уэйн?

– Где-то так я себя и чувствовал перед ночным прыжком – неужели это по правде?

– Это правда, говорю тебе.

– Я знаю, что правда.

– Сначала отменили Чикаго. Теперь в Майами не будет кортежа. Онизнают, что это правда.

Уэйн не сводил глаз с Раймо, изредка бросая взгляд на дорогу. Машина шла легко и бесшумно, отлично слушалась.

– Несемся куда-то в ночи, – сказал он с притворной паникой.

– Нам заплатят кругленькую сумму. Считай, что это твоя обычная работа.

– Будто мы избранные, а впереди главная миссия нашей жизни.

Они обогнали военную автоколонну. Через какое-то время Раймо указал на заднее сиденье.

– Мне тут кое-то пришло в голову.

– Что?

– Наверное, придется его прикончить.

– Кого? Твоего пса?

– Он совсем потерял координацию. Когда пытается встать, лапы все время разъезжаются.

– Нервная система полетела.

– В клинику везти не хочу. Их там газом усыпляют.

– Газом не хочешь?

– Даже думать об этом не могу.

– От некоторых вещей, сам знаешь, никуда не деться.

– Этот пес у меня еще до Хирона был.

– Но сам не решаешься.

– Как тут решишься.

– Я приторможу, как будет случай.

Он вгляделся в бесстрастное лицо Раймо и через пять миль свернул к местному аэропорту.

Его охотничий нож лежал в мешке цвета хаки, завернутый в два свитера.

Уэйн остановил машину у травянистой обочины длинной прямой дороги, вдоль которой шел забор из рабицы с колючей проволокой сверху, натянутой под углом. Он выбрался из машины и подождал, когда Раймо опустит большого пса на траву. Вдали виднелись ангары и небольшие самолеты. Раймо сел в машину, проехал пятьдесят ярдов и остановился. Пес стоял у дороги. Уэйн подошел сзади, постоял рядом, затем оседлал его. Звезды еще видны. Взял пса за шкирку и с силой приподнял. Передние лапы заскребли по воздуху. Уэйн завел руку с ножом псу под голову. Зарычал, перерезая глотку. Затем разжал левую руку. Пес тяжело рухнул. Упал между ног Уэйна, истекая кровью. Тот снова зарычал и направился к машине, подняв руку с окровавленным ножом. Он хотел, чтобы Раймо это увидел – просто знак, жест, значение которого словами не описать.

Теперь он смог уснуть. Все они немного поспали этим поздним утром. Через несколько часов, когда стемнело, они нащупали по радио пульс Далласа, хрипы и шорохи на самом краю диапазона, затем всю долгую ночь слушали зловещий голос:

– Вот что, мои славные, Большой «Д» сегодня не в духе. Время подходит. Заметьте, что люди говорят стра-а-ашные вещи. Ночь быстро подступает. Чувствуете? Опасность в воздухе. Прямо на улице. Доски объявлений. Наклейки на бамперах. Листовки. Там говорят гадости о наших руководителях. Иду я утром по улице и вижу – на витрине нарисована загогулина. И тут до меня доходит, что это свастика.Думаете, вру? Ничего подобного. Сейчас я вам подброшу мысль, чтобы у вас часы не завелись. Как мы узнаем, на самом ли деле онприезжает в город? Слышали, что у него дюжина двойников, с которыми он приезжает на ничейную землю? Чтобы сбить с толку врага? Так что у нас может появиться Джек Седьмой или Джек Десятый. Или все сразу в разных местах. Лично я могу это понять. Или я просто восприимчив к людским фантазиям. Есть то, что истинно. И то, что истиннее истины. Какой плотный воздух. Вы когда-нибудь ощущали такое напряжение? Вы же знаете, каков Даллас, верно? Схема стандартна. Мы такие же, как все. Или такие же, какими все хотят быть. Так же одеваться, говорить, думать. Мы – образец для страны. Я не вру. Но одна крохотная мелочь ускользает. Чувствуете, как она просачивается? Говорят, он едет к нам на трехколесном велике Каролины. [23]Не слишком круто, до Армагеддона нас не доведет. Вот они, первобытные ночные страхи. Мы видим, мы знаем, что оно здесь. Чувствуем, что оно здесь. Случится странное, непонятное, невероятное. И Скирда-Борода говорит: Ночь наступила на Большой «Д».

Раймо, Уэйн и Фрэнк никогда не бывали в Далласе, поэтому никак не могли понять, что за чертовщину он несет.

Среда. Ли вышел из дома и направился в закусочную, где обычно завтракал. Он проверил номера машин, припаркованных на Норт-Бекли, – нет ли автомобиля агента Харди. Они купят себе модную мебель и стиральную машинку для Марины.