Читаем Весна полностью

Однажды у наземки стояли какие-то люди с Би-би-си. Они расспрашивали прохожих о нынешней ситуации. Мужик подсунул ей под нос длинный микрофон. Другой обратился к ней: Расскажите, что для вас значит Брексит?

Она вспомнила всех этих людей в центре.

Вспомнила, как Стел из собеса говорила, насколько труднее стало поднимать вопрос о соцобеспечении ДЭТА: сейчас никто и слышать не хочет, что все люди тоже когда-то были иммигрантами, а легальные иммигранты так же непопулярны у СМИ и широкой публики, как и нелегальные.

Просто не тянуть с этим, ясно? – сказала она в микрофон.

Интервьюер кивнул, как будто она сказала что-то важное.

Вы думаете, правительство просто не должно с этим тянуть? – спросил он.

Ага, – сказала она. – А какой у нас выбор? Честно говоря, сейчас это дохера значит. Пардон за мой французский. В смысле, мир намного больше, чем Брексит, да? Хотя… Пофиг.

Интервьюер спросил, как она проголосовала на референдуме по ЕС.

Нет, поймите, я не собираюсь говорить вам, как я проголосовала. И не позволю вам думать, что вы вправе решать что-то за меня. Скажу только, что я была тогда моложе и еще считала, что политика важна. Но все это… Эта бесконечная… Это съедает… понимаете… душу. Неважно, как я проголосовала, как вы проголосовали или как кто-то там проголосовал. Потому что какой смысл, раз уж никто в итоге не собирается слушать или волноваться по поводу того, что думают другие, если только те не думают и не считают то же, что и они сами. Да и вы, народ, постоянно спрашиваете у нас, что мы думаем, как будто это так важно. Вам же плевать, что мы думаем. Вам просто нужна драчка. Вам просто нужно, чтобы мы сотрясали воздух. Я скажу вам, к чему это ведет. Это лишает всех нас смысла. Вы лишаете нас смысла, и люди у власти, делающие это ради нас, ради демократии – ага, ну да, врите больше. Они делают это ради компенсации. Они каждый день все больше лишают нас смысла.

Ее поблагодарили. Спросили, как ее зовут и чем она зарабатывает на жизнь.

Бриттани Холл. ОСИЗО в ЦВСНИ.

Ассистентка все записала, даже не спросив, что это такое. Она записала «Бритни» как Бритни Спирс. Люди часто бывают такими вот небрежными. Она все записала неправильно. Бритни Холл СЗО ВСИ.

Так что и впрямь неважно, кто такая Брит и кем она работает.

Она прошла через барьер, села на поезд (после того как ее задержали, свободных мест не осталось) и поехала на работу.

Она сошла с поезда. Прошла по дороге с вокзала между мотками колючей проволоки аэропортовского заграждения и через парковку для руководства/посетителей.

Привет, саженцы.

Вот несколько вещей, которые Бриттани Холл узнала в первые два месяцы работы ОСИЗО в британском ЦВСНИ:

• Что означает личное пространство. (Это означает, что она не ДЭТА.)

• Какое действие оказало официальное сообщение о независимой инспекции центра: это означало, что в комнате для посетителей установили новый кулер с водой.

• Что в стране одновременно содержатся под стражей 30 000 человек и что благодаря такому количеству интернированных ДЭТА по всем местам заключения зарплаты СА4А сохраняются стабильными.

• Что ДЭТА бродят по крыльям, словно у них джетлаг. Чем дольше их здесь удерживают, тем сильнее джетлаг. Прибыв впервые, они заводили дружбу с людьми, с которыми их что-нибудь связывало: место происхождения, религия, язык. Затем эта дружба попросту сходила на нет, ты наблюдал это раз за разом, потому что на самом деле их связывало здесь только дерьмо – открытый туалет, и то, что они застряли здесь бессрочно, а это означало, что никак невозможно узнать, когда тебя отсюда выпустят и выпустят ли вообще, а если даже выпустят – сколько пройдет времени, прежде чем ты снова сюда вернешься.

• Как выбирать, с какими ДЭТА разговаривать, а каких игнорировать.

• Как беседовать о погоде с другими ОСИЗО, пока они захватывают кому-то шею или пока вы вчетвером сидите на ком-то, чтобы его успокоить.

• Как говорить, особо над этим не задумываясь: Они брыкаются. У нас тут вам не отель. Если тебе здесь не нравится, езжай к себе домой. Как ты смеешь просить одеяло? В тот день, когда Бриттани сама впервые произнесла последнюю фразу, она поняла: происходит что-то ужасное, но сейчас уже это ужасное – ужасное, как смерть, – казалось таким далеким, словно происходило не с ней, а по ту сторону плексигласа, похожего на материал в окнах центра, которые на самом деле были не окнами, хотя должны были выглядеть как окна.

Содержание под стражей – ключ к сохранению эффективной иммиграционной системы.

ХО

Никто не задерживается бессрочно, и регулярно проводятся ревизии с целью обеспечения законности и соразмерности задержания.

ХО-ХО-ХО

А потом случилось это.