Читаем Весёлый двоечник полностью

— Из тебя, Семён, космонавта ни за что не получится. Потому что в космические полёты только самых смелых и отважных берут, а ты уколов боишься. Трусы в космосе не нужны!

— А я папе отвечаю:

— Я не трус, просто уколов боюсь!

Вчера к нам в школу приходили делать прививку от гриппа. Сказали, то всех детей в обязательном порядке будут прививать. Я как услышал про это, так чуть со стула не упал.

Никому из нас ещё ни разу в жизни не делали прививок от гриппа.

— Говорят, это очень больно, — поправив очки, сообщил Васька Бубликов. — Точно знаю!

— Некоторые прямо во время укола сознание от боли теряют, — пристально посмотрев на меня, сказала Светка Федулова. — Особенно такие трусы, как ты, Рыжиков.

— Подумаешь, сознание, — начал запугивать всех Федька Кукушкин. — У некоторых людей от страха ноги отнимаются. Они потом ходить две недели не могут.

— А другие от боли так кричат, что голос теряют и потом целый год говорить не могут, — вставил своё слово Славка Сорокин.

— Ой, а может, нам сбежать из школы? — предложил я. — А что? Вылезем в окно — и дёру.

— Ты что, Семён, забыл, что наш класс на втором этаже? — покрутил пальцем у виска Васька. — Расшибёмся.

— Димка Пузяев из 2 «А» видел медсестру, которая уколы будет делать! — вбегая в класс, сообщил Пашка Булкин. — Ух и страшная…

— Медсестра страшная? — испугались все.

— Да не медсестра, — отмахнулся Пашка, — а игла, которой уколы делают. А шприц вообще размером с большущий огурец.

— Такой иглой вколют — мало не покажется, — заранее потёр место для укола Федька. — Человека можно запросто насквозь проткнуть.

— Она, говорят, раньше коров на ферме колола, — подлил масла в огонь Пашка. — Сильная очень!

— Кто, корова? — не расслышал я.

— Какая корова? Медсестра, — пояснил Пашка. — Уж если она с коровами справлялась, то с нами и подавно справится. В момент в бараний рог скрутит.

— Ей что коров колоть, что людей, никакой разницы, — встряла в разговор Светка. — Что я, корова, что ли?!

— А ещё я слышал, у этой медсестры хватка железная, — продолжал пугать Пашка. — Она в прошлом штангой занималась. Однажды схватила штангу, подняла, а та разломилась на две части.

— Вот это силища! — уважительно произнёс Васька.

— Тех, кто боится или вырывается, она к столу специальными жгутами привязывает, — добавил Пашка. — Чтобы не дёргались!

— Б-боюсь, — честно признался я.

— Тебя, значит, точно привяжут, — сказала Светка. — Будь спокоен.

Неожиданно дверь распахнулась, в класс вошла наша учительница Марья Ивановна и сказала нараспев:

Я эти стихи раньше наизусть знал. И мне всегда становилось смешно, когда читал их вслух родителям или друзьям. Но теперь было совсем не до смеха.

— Марья Ивановна, я себя плохо чувствую, мне нехорошо как-то, температура, наверное, поднялась, — дрогнувшим голосом пробормотал я. — Отпустите меня домой.

— Нет, дружочек, — помотала головой учительница. — Вот на прививку сходим, и все по домам пойдём.

У кабинета врача выстроилась очередь из ребят. Тут были и первый класс, и второй, и даже несколько человек из третьего. Мы встали в самый хвост очереди.

— Может быть, на всех прививок не хватит, — с надеждой прошептал Васька Бубликов, поправляя сползающие на нос очки. — Вон нас сколько.

— Не бойся. Хватит! Говорят, целую бочку лекарства привезли, — криво усмехнулся Пашка.

— Всё, ребята, мы пропали, — выкрикнул мой друг Петька, подбегая к нам.

— Как? Почему? — загалдели все разом.

— Ребята сказали, что некоторые заходят в кабинет и оттуда уже не возвращаются, — бубнил от страха Петя.

— А-а-а! — только и смог произнести я. — Караул!

— Люди пропадают там, как в бермудском треугольнике, — продолжал Пашка страшным шёпотом. — Вон Витька Самосвалов из 2 «А», зашёл в кабинет, а обратно не вернулся. И Славка Тараскин тоже исчез!

— А может быть, это и не медсестра вовсе? — высказал предположение Федька Кукушкин.

— А кто же? — не понял Петька.

— Ну, не знаю, какой-нибудь пришелец из космоса. Делает всем уколы, и дети улетают на другую планету. Я такое в кино видел.

— Хватит нас пугать, — насупился Петька. — Без тебя страшно.

— Мне, думаешь, не страшно, — сказал Кукушкин.

— Я первым на укол ни за что не пойду, — сказал Пашка. — Сначала посмотрю на вас, а там видно будет.

— А что на нас смотреть-то? — спросил я.

— Ну посмотрю, улетите вы в космос или нет, — ответил Пашка.

— Эх ты, трусишка, — нервно засмеялся Петька.

— А ты будто не трусишка?

И не успел Петя ответить, как дверь кабинета приоткрылась, и оттуда показалась рука со шприцем.

— Следующий! — словно выстрел, прозвучал резкий голос.

— Иди ты первый! — толкнул меня Пашка.

— Сам иди!

— Тогда ты, — велел Пашка Феде.

— Ни за что на свете! — Кукушкин вцепился руками в шкаф, словно утопающий в спасательный круг.

— На прививку, третий класс, вы слыхали, это вас! — снова повторила Марья Ивановна, подходя к нам. — А после прививки все идём в кино.

— В кино? — хором спросили мы.