Читаем Весь Дэвид Болдаччи в одном томе полностью

— Что ты скажешь про Горелика? — Джек отправил в рот кубик льда. — Это он ведет дело.

— Самоуверенный козел, напыщенный ханжа, но ужасно опытный мастер судебных разбирательств.

— Замечательно.

Встав с кресла, Джек подсел к Кейт и, взяв ее лодыжку, принялся растирать ее. Кейт разлеглась на диване, откинув голову назад. В прошлом им всегда было так хорошо, так уютно в обществе друг друга… Казалось, последних четырех лет как не бывало.

— Улик, о которых рассказал мне Фрэнк, не хватало даже на то, чтобы предъявить обвинение. Я ничего не понимаю, Джек.

Грэм стащил с нее носки и принялся растирать ей ноги обеими руками, ощупывая тонкие косточки.

— В полицию позвонил неизвестный и назвал номер машины, замеченной недалеко от дома Салливана предположительно в ночь убийства. Было установлено, что в ту ночь машина находилась на полицейской штрафстоянке.

— Вот видишь. Анонимное сообщение оказалось ложным.

— Нет. Лютер как-то говорил мне, как легко забрать машину со штрафстоянки, сделать дело, а затем вернуть ее на место.

Кейт не смотрела на него, делая вид, что изучает потолок.

— Хорошие у вас были темы для разговоров… — В ее голосе прозвучал знакомый упрек.

— Ну же, Кейт.

— Извини. — Ее голос снова стал усталым.

— Полиция исследовала коврик. На нем были обнаружены волокна с ковра в спальне Салливанов. А также частицы очень своеобразной почвы. Как оказалось, это та самая смесь, которой садовник Салливанов удобряет кукурузное поле за домом. Это специальный состав, приготовленный для Салливана; такой больше нигде не найти. Я переговорил с Гореликом; смею тебя заверить, он уверен в успехе. Я еще не получил результаты экспертизы. Завтра я подаю ходатайство об обязательном предоставлении документов в суд.

— Опять же, и что с того? Как это связано с моим отцом?

— Прокурор выдал ордер на обыск дома и машины Лютера. Та же самая почва была обнаружена на коврике в его машине. Как и образец волокон ковра из гостиной.

Кейт медленно открыла глаза.

— Отец был в доме, когда чистил эти проклятые ковры. Тогда он и подцепил ворс.

— После чего пробежался по кукурузному полю? Ну же…

— Почву мог принести в дом кто-то другой, а отец наступил на нее.

— Я бы настаивал именно на этом, если б не один момент.

Кейт уселась на диване.

— Какой?

— Вместе с волокнами и частицами почвы был обнаружен растворитель на основе бензина. Следы такого растворителя эксперты нашли на ковре во время осмотра места преступления. Следователь считает, что преступник пытался смыть кровь — свою кровь. Уверен, прокурор представит целую вереницу свидетелей, готовых подтвердить, что ничего подобного не использовалось ни до, ни в ходе чистки ковров. Следовательно, Лютер мог подцепить следы растворителя, только если побывал в доме после этого. Почва, волокна и растворитель. Хороший букет.

Кейт поникла.

— В довершение ко всему, полиция вышла на гостиницу, в которой остановился Лютер. Там был обнаружен фальшивый паспорт, и по нему Лютера проследили до Барбадоса. Через два дня после убийства он вылетел в Техас, оттуда в Майами и затем на остров. Очень похоже на бегство преступника, ты не согласна? Водитель такси под присягой показал, что возил Лютера к поместью Салливана на Барбадосе. И Лютер обмолвился ему, что бывал дома у Салливанов в Вирджинии. Кроме того, есть свидетели, готовые подтвердить, что незадолго до убийства несколько раз видели Лютера и Ванду Брум вместе. Одна женщина, близкая знакомая Ванды, подтвердит, что та нуждалась в деньгах, очень нуждалась. И что Кристина Салливан рассказала ей про сейф. Из чего следует, что Ванда Брум солгала полиции.

— Теперь я вижу, почему Горелик так охотно поделился с тобой этой информацией… Однако по-прежнему все улики косвенные.

— Нет, Кейт, это классический пример дела, в котором нет прямых улик, привязывающих Лютера к преступлению, но косвенного мусора более чем достаточно, и в итоге присяжные решат: «Ну же, кого ты хочешь обмануть, это твоих рук дело, сукин сын!» Я буду отклонять показания везде, где только смогу, но все равно у обвинения останется много тяжелых камней. А если Горелик сможет притянуть предыдущие судимости твоего отца, с ним будет покончено.

— Все это было слишком давно. Для обвинения от этих судимостей больше вреда, чем пользы. Горелик не станет к ним возвращаться. — В голосе Кейт прозвучало больше уверенности, чем она испытывала на самом деле. В конце концов, как можно быть уверенным в чем бы то ни было?

Зазвонил телефон. Кейт застыла в нерешительности.

— Кто-нибудь знает, что ты здесь?

Джек покачал головой.

Она сняла трубку.

— Алло.

Голос говорящего прозвучал профессионально четко.

— Мисс Уитни, это Роберт Гэвин из «Вашингтон пост». Я могу задать вам кое-какие вопросы о вашем отце? Если можно это устроить, я предпочел бы встретиться с вами лично.

— Что вам нужно?

— Как же, мисс Уитни, ваш отец на первых полосах всех газет… А вы — прокурор штата… Если хотите знать, это просто черт знает какая сенсация.

Кейт бросила трубку. Джек вопросительно посмотрел на нее.

— В чем дело?

— Журналист.

— Господи, быстро же они работают…