Когда он поднялся в редакцию, в офисе было темно. Он включил свет, подошел к столу Бет и оставил конверт на ее клавиатуре, предварительно приклеив скотчем, чтобы записка точно не потерялась.

А затем развернулся и ушел.

Настала пора положить всему этому конец.

<p>Глава 86</p>

Следующим утром, в семь часов сорок пять минут, Линкольна разбудил звонок телефона.

Звонил Грег. Он был вне себя от ярости, но в то же время очень хотел, чтобы Линкольн передумал.

– Ну уж нет, – ответил Линкольн, даже не открывая глаза.

Грег предложил ему существенно повысить зарплату, и Линкольн пожалел, что не попытался уволиться еще несколько месяцев назад.

– Ведь ты должен предупредить меня за две недели, – напомнил Грег.

– Да, я поступил паршиво, мне искренне жаль.

– Отработай две недели.

– Извини, не могу.

– Ты нашел другую работу?

– Нет.

И Грег сорвался, он орал несколько минут, а затем извинился и сказал, что, если необходимо, предоставит Линкольну рекомендации.

– И что ты напишешь? Что у меня, по-твоему, классно получается? – спросил Линкольн. – Сидеть без дела?

– Сколько раз повторять, ты не сидел без дела! – не согласился Грег. – Ты следил за порядком, ведь кто-то должен отвечать на звонки и говорить: «Служба поддержки».

– Уверен, ты быстро найдешь мне замену.

– А вот я сомневаюсь, – вздохнул Грег, – на ночную смену соглашаются только придурки.

Линкольн гадал, прочитала ли Бет записку – вероятно, еще нет, – и подаст ли она жалобу. Но угроза все еще казалась не такой уж существенной, чтобы о чем-то беспокоиться.

Линкольн надеялся, что послание не напугает Бет, он и не думал ее пугать, но, возможно, стоило подумать о содержании письма раньше.

* * *

В субботу утром Линкольн поехал к «Индиан-Хиллз», чтобы посмотреть, как подрывники уничтожают кинотеатр. Накануне оттуда убрали все тумбы с афишами.

Остался лишь экран и здание. На парковке собралась приличная толпа, но Линкольн не стал подходить близко и не видел лица присутствующих, он наблюдал за всем со стоянки магазина пончиков, расположенного через дорогу.

Примерно через час он купил два пончика, упаковку молока и газету, выбросив все страницы, кроме раздела объявлений.

Затем достал старый блокнот на спирали и открыл на середине. В том месте, где написан список.

А после переписал четыре пункта на поля газетной страницы с объявлениями.

19. Оживляет компьютеры/распутывает ожерелья.

23. Всегда готов помочь.

5. Не переживает о том, о чем и правда не должен.

И наконец:

36. ХОРОШИЙ.

Для многих вакансий требовалось знание компьютера. Линкольн вычеркнул все те, в которых описание должностных обязанностей было расплывчатым или слишком заманчивым. А еще те, где требования больше подходили какому-нибудь сверхчеловеку.

Однако обвел одну вакансию: «Требуется ведущий технический специалист. Университет Сент-Джеймс, факультет сестринского дела. Полный рабочий день. Обучение + льготы».

<p>Глава 87</p>

Ив дразнила Линкольна по поводу работы в кампусе.

– Ты как будто нашел другой способ вернуться в университет, – сказала она, когда он проработал первый семестр. – И почему тебя тянет в учебные заведения? Пристрастился к затхлым помещениям?

Возможно, так и было. Затхлые аудитории. Скрипучие библиотечные стулья. Широкие газоны.

В деканате факультета у Линкольна имелся собственный стол. Среди административного персонала он был единственным мужчиной – и единственным человеком моложе сорока пяти.

Его навыки обращения с компьютером восхищали всех дам, и они считали нового сотрудника чуть ли не волшебником. Несмотря на наличие письменного стола, у Линкольна не было необходимости постоянно сидеть. Обычно он ходил по аудиториям и следил, чтобы все работало как надо.

Безопасность в интернете тоже являлась частью его обязанностей, но он лишь обновлял антивирусы и напоминал, что не надо открывать подозрительные ссылки. Начальник Линкольна из головного ИТ-отдела сказал, что в университете никогда не было инцидентов с просмотром порнографии, а помимо этого пункта единственным запретом являются азартные игры.

– А как насчет электронной почты? Какие-то фильтры? – уточнил Линкольн.

– Шутишь? – удивился босс. – Да правление факультета взбесится, если кто-то провернет нечто подобное.

* * *

Линкольн все еще думал о Бет. Поначалу постоянно.

Он подписался на газету, чтобы читать ее рецензии за завтраком и еще раз за обедом, таким образом пытаясь выяснить, как она живет. Счастлива ли она? Возможно, излишне строга к романтическим комедиям? Или, наоборот, великодушна?

Чтение статей Бет являлось для Линкольна способом сохранить воспоминания о ней, подпитывало внутренний огонь. Иногда, если в заметках она была особо забавной, вдумчивой или за напечатанными словами Линкольн видел нечто большее, он испытывал боль. Но мало-помалу та утихала.

Время шло, и Линкольну становилось лучше, легче.