Читаем Веранда в лесу полностью

В а р я (перестала читать). Зачем, Андрей?

А н д р е й. Попробовали вчера кубинский ром, не рассчитали.

В а р я. Идиоты!

А н д р е й. Увидели, понимаешь, в витрине, захотелось выяснить, что пьют в солнечной Гаване. А потом пошли в биологический кабинет и занялись опытами с лягушкой.

В а р я (в ужасе). Что вы сделали с лягушкой?

А н д р е й. Ничего мы с ней не сделали, но мы ее выпустили и не могли поймать, а нас потом поймали.

Замолчали. Андрей писал, Варя думала.

В а р я. Соображаете, что это может плохо кончиться?

А н д р е й (кивает). Отвратительное пойло! Но человеку, видишь ли, хочется все попробовать и испытать.

Пришел  К о з л о в, положил на стул тяжелый сверток и папку, подышал на руки.

В а р я (сочувственно смотрит на него). Но хотя бы «здравствуйте» когда-нибудь сказать можно?

Козлов дышал на руки, не ответил.

А н д р е й. Ну, где ты ходишь?

К о з л о в. Хозяйственные дела. (Дышит на руки.) Холодно. (Переносит сверток на столик Андрея.) Переписал конспект?

А н д р е й. Сейчас освобожу, времени у нас еще час, даже больше. (Потрогав сверток.) Что это? Судя по упаковке, белье из стирки.

К о з л о в. Восемь простыней, четыре пододеяльника, девять наволочек, полмесяца никаких забот. (Садится спиной к Варе, достает из папки учебник. Негромко.) Голова раскалывается.

А н д р е й. С похмелья, пройдет. Потащишь это к директору?

К о з л о в. А куда девать? Скажу… (Жалостливо.) Петр Степанович, у семьи банный день, семья большая, кроме меня, некому. Учусь прилежно, помогаю маме, времени не хватает.

А н д р е й (подхватив игру, строго). Общественной работой занимаетесь?

К о з л о в. Изредка, Петр Степанович… зато подрабатываю, точу колеса, семь копеек колесо, родственников-тунеядцев не имею.

Вернулся рассерженный  Л ы с ы й  г р а ж д а н и н, в недоумении слушал. Одновременно появилась  О ф и ц и а н т к а.

А н д р е й (строго). Мне это нравится: белье, банный день, колеса — мне это нравится, ученик Козлов. Это подтверждает старую истину: когда некогда жить, живут вдвойне. (Очень строго.) Но объясните, на какие средства купили ром?

К о з л о в (трепеща). Петр Степанович, это был хлебный квас.

А н д р е й (свирепо). Хлебный квас, насколько я слышал, напиток безалкогольный!

К о з л о в. Да, Петр Степанович, справедливо, Петр Степанович, но очень много выпили, тридцать пять бутылок…

А н д р е й (рявкнув). Заврались, учащийся! Тридцать пять бутылок слону по силам!

Л ы с ы й  г р а ж д а н и н (Официантке). Что тут у вас происходит?

О ф и ц и а н т к а. Цирк! Ежедневное представление.

Л ы с ы й  г р а ж д а н и н. Дайте стакан томатного соку.

О ф и ц и а н т к а  ушла. Лысый развернул газету.

В а р я (подходит. Необычайно доброжелательно). Козлик, боишься? Хочешь сказать своим молчанием, что я мешаю?

К о з л о в (негромко). Здесь место общественное, здесь вообще масса ненужной мебели.

Варя постояла, отошла. Сунула тетрадь в портфель.

В а р я. Мебель уходит, можете жить спокойно, мебель уходит и не вернется. Мебель погуляет на улице. (Уходит.)

О ф и ц и а н т к а  принесла сок. Лысый гражданин бросил мелочь на столик.

О ф и ц и а н т к а. Вам дать что-нибудь?

А н д р е й. Самой дешевой минеральной воды.

О ф и ц и а н т к а. Пора знать, вся вода по двадцать две копейки.

Козлов и Андрей неуверенно шарили в карманах.

Простой воды дать?

К о з л о в. Дать.

Вернулись  Б о р я  и  Л и з а. Основательно замерзли.

О ф и ц и а н т к а. Эх ты, дурочка… (Сочувственно.) Садись вон туда, к батарее.

Боря и Лиза устроились неподалеку от Лысого гражданина. О ф и ц и а н т к а  ушла.

Б о р я. Не нашли Вову?

Л ы с ы й  г р а ж д а н и н (сердито). Не нашел.

Л и з а (тихо). Понимаешь, что уже никакого мороженого я есть не в состоянии?

Б о р я (виновато). Можно пойти в краеведческий музей. Поступили экспонаты по истории Хакасского государства.

Л и з а. Но меня не интересует Хакасское государство.

О ф и ц и а н т к а  принесла два стакана воды.

К о з л о в (благодарно). Ваше здоровье, тетя Галя.

О ф и ц и а н т к а. Сам будь здоров. (Уходит.)