Читаем Вены магии полностью

Магия пронеслась по ее телу как холодная волна воды. Сорча охнула и увидела, что ее платье пропало.

Плотная зеленая шерстяная юбка покачивалась вокруг ее бедер с золотыми нитями, изображающими листья, падающие на землю. Кожаный корсет обхватил ее ребра, заканчиваясь под грудью. Длинные рукава зеленого платья зацеплялись за средние пальцы, треугольники ткани согревали ее ладони.

Прекрасный серебряный мех укрыл ее плечи, мягкий и бесконечно теплый. Она тряхнула головой, рыжие кудри свободно ниспадали до ее талии.

Она приподняла бровь и посмотрела на деда.

— Мех и шерсть?

— Регалия нашего народа.

Слава богам, он не надел на нее наряд фейри. Она повернулась, вздыхая. Все души друидов смотрели на нее, лица были разрисованы синим, в глазах сияла надежда.

Во что она ввязалась?

— Ты пойдешь по стопам Эфниу, — сказал Торин. — Этот трон не делает тебя королевой, только твои дальнейшие поступки. Ты принимаешь этот титул?

— Да.

Она опустилась на трон с обеспокоенной головой. Была ли она готова к этому? Сорча была уверена, что нет. Ответственность уже давила на нее. И теперь ей нужно было заботиться о народе.

Веселье звенело в комнате, но Сорча едва слышала это. Лозы обвили ее запястья, шипы впились в чувствительную кожу.

— Торин? — позвала она. — Что происходит?

— Теперь мы проверим твоего возлюбленного.

— Что? Нет! Стойте!

Листья закрыли ее рот, розы расцвели поверх глаз. Она боролась с путами, дергая руками и шевеля ногами, пока шипы не впились в ее кожу. Кровь потекла по рукам, лозы сжались, удерживая ее.

— Эмонн!

* * *

— Сорча!

Лозы потянули ее сквозь стену, и он ничего не мог поделать. Его ладони еще ощущали ее тепло.

Он зарычал, поднял меч и ударил по листьям. Они не двигались, не пострадали от острого металла.

— Магия, — рявкнул он. — Куда ты ее дела?

Никто не ответил. Листья подпрыгивали, словно кто-то за ними смеялся. Отклонив голову, Эмонн взревел, ярость превратила кровь в огонь. Как они посмели? Призраки без облика не имели права оставаться на этой земле, еще и воровать то, что было его.

Он сжал кулаки и стал дышать медленнее. Должен быть звук, скрытая брешь в броне этого места. Фейри не строили замок, не оставляя тайн.

Растения ударили по нему лозами, с каждого шипа капал зеленый яд. Он отпрянул, поднял клинок как щит. Они оставили склизкий блестящий след на Мече Света. Эмонн с отвращением убрал меч в ножны.

Он найдет другой способ. Он повернулся и провел руками по стенам. Если бы это был его замок, он бы оставил камень, который двигался, чтобы открыть дверь в тайную комнату. Магия не всегда помогала. У фейри всегда был план побега.

За ним раздалось хихиканье.

Эмонн застыл, тут же потянулся к мечу.

— Где она?

— Тут.

— Ее тут нет.

— Тогда она там.

Он развернулся. За ним было пусто, лишь тени плясали на стенах. Эмонн оскалился.

— Неблагой. Покажись.

— Нет.

Меч Света запел, когда Эмонн снова его вытащил. Острый край сиял, он поднял меч над головой и указал на тени.

— Приказываю ответить мне.

Смех стал громче, одна из теней отделилась от остальных. Форма была как у человека, но он знал, что эти существа умели обманывать. Заметив его взгляд, тень помахала.

— Нет.

— Приказываю.

— О, как мило. Он знает, как использовать меч, — тень стала растением, которое дрожало от смеха. — Жаль, не знает, что делать с призраками. Развернись.

Он повернулся. За ним не было стены, там был овраг с туманом и блуждающими огнями.

— Что это за хитрости?

— С возвращением, брат, — заговорил ему на ухо мужской голос. — Думал, сможешь избегать меня еще дольше?

Эмонн повернулся, ударил по воздуху мечом. Клинок пролетел сквозь горло Фионна, не оставив ни следа.

Он прищурился.

— Ты какой-то мираж?

— О, куда хуже.

Было что-то не так с глазами Фионна. Эмонн видел гнев, безумие и страх в глазах, так похожих на его. Но он еще не видел такого ликования.

— Ты думал, что сможешь прийти сюда и… что? Взять новый трон? Эмонн, — Фионн цокнул языком. — Как мелочно. Что не так с моим?

— Я бился с тобой пять лет.

— И хочешь, чтобы я поверил, что ты закончил? — волосы Фионна соскользнули с его плеча водопадом золота. — Это необычно. Я знаю, что ты не закончил. Так что ты затеваешь?

— Наш народ истекал кровью достаточно долго.

— И не поэтому, — прорычал его близнец. Фионн прыгнул, пронесся сквозь Эмонна дождем ледяной боли. — Что ты тут делаешь?

— Я уже сказал, — Эмонн отшатнулся и вонзил меч в пол. Что Фионн с ним сделал?

— Ты скрываешь правду. Недоговариваешь, брат, и это злит нас обоих.

— Я не злюсь.

— Но будешь, — Фионн потянулся к нему, пальцы сжались в воздухе перед лицом Эмонна. — Мы с тобой были близки когда-то. Как близнецы. Что ты сделал с нами?

— Это выбрал не я, ты знаешь.

— Разве? Ты всегда был любимым сыном, ведь родился первым. Пока ты бился, убивал и калечил наших союзников, я чинил мосты, которые ты сжигал, — прорычал Фионн. — Скажи, брат, разве не ты это сделал?