– «Ты мечтала о рае, дорогуша? – сказал он мне. – А мы живем на земле… Здесь все другое и святых не существует! Земной путь не сладок, но надо по нему идти, развлекаясь по мере возможностей. Трудна дорога в рай!..» Как это меня взбесило, если бы ты знала, Ева! Если бы только видела это наглое, ухмыляющееся лицо, эти похотливые, влажные глаза… – Аглая на миг замолчала. – «Посмотрим, какой она окажется для тебя, эта дорога!» – сказала я и ударила его статуэткой. Я не думала, что убью Дениса, потому что удар получился не очень сильным… Но он в этот момент резко, с раздражением, повернулся, и я угодила головой Венеры прямо ему в висок. Какой ужасный раздался хруст… оглушительный, совсем как этот гром, что гремит сейчас за окнами… Я все бросила и убежала. Даже не заметила, что потеряла часы. Пропажа обнаружилась в электричке, когда мне нужно было узнать время и я не увидела часов на руке. Мысль о том, что они остались рядом с Денисом, пришла не сразу. Только потом, после долгих раздумий, я поняла, что у меня нет выхода – надо возвращаться. Я не сомневалась, что Денис мертв. После того жуткого хруста костей человек не мог остаться живым… К счастью, труп все еще лежал там, никем не обнаруженный, когда я приехала, чтобы забрать часы. Мне невероятно повезло. Тогда я была просто не в себе от страха и, схватив часы, начала кричать и звать на помощь… Остальное ты знаешь!

– Наверное, знаю, – согласилась Ева, чувствуя, однако, что госпожа Соломирская чего-то недоговаривает. – Теперь у тебя легко на душе?

Красавица молчала, блуждая взглядом по комнате. Она тоже не ощущала полного удовлетворения, которое бывает, когда выплеснешь без остатка все накопившееся внутри, больное, как долго зреющий нарыв.

– Иногда мне казалось, что Денис лишает меня свободы, – с трудом подбирая слова, произнесла Соломирская. – Что он… проникает в меня… Не физически, а… не знаю, как это правильно выразить… Он как будто навязывал мне свои собственные мысли и желания! Я чувствовала, ощущала их как нечто чуждое мне, постороннее, но… ничего не могла с этим поделать! Я понимала, что подчиняюсь ему против собственной воли, и была не в состоянии прекратить это. Денис гипнотизировал меня, как удав свою жертву, чтобы заглотить ее целиком, не разжевывая… У тебя никогда не было такого чувства, будто ты зомби? Рядом с ним я как бы теряла себя, и это было самое страшное. Мне хотелось освободиться от этой зависимости любой ценой! Может быть, это оказалось основной причиной, а вовсе не жалкая проститутка, с которой он переспал… Или и то, и другое вместе?

Аглая Петровна взглянула на Еву своими бездонными, горящими глазами – сказочная Царевна Лебедь, неизвестно как попавшая в эту современную комнату, в этот огромный равнодушный город, на который с разверзшихся небес с шумом лились потоки воды, сбивая пыль, листву и цветы…

Когда Соломирская закрыла за Евой дверь, она вернулась в гостиную, вышла на балкон, глубоко вдыхая свежий и сладкий грозовой воздух, глядя на мокрые, блестящие от воды деревья, на несущуюся по тротуарам воду, белую от пены и лепестков акации, и глубоко задумалась. Ливень медленно стихал, и среди разорванных ветром туч были видны куски голубого неба… На душе у нее было так же пусто и свежо, как на вымытых проливным дождем улицах, и только непонятно откуда возникла и уже больше не покидала ее мысль, что они с Денисом еще встретятся. Как? Когда это произойдет? И возможно ли это? Аглая Петровна не знала.

Она начала думать о Викторе, о том, что она должна доверять ему, больше говорить с ним, объяснять, чего она ждет от него. Почему-то появилась уверенность – теперь у них с мужем все пойдет по-другому: они оба многое поняли и многому научились друг у друга, у людей, у жизни. Может, она родит ребенка и научит его жить так, чтобы быть счастливым, научит, как идти по дороге в рай…

Глава 23

На столе у Аллы Викентьевны в вазе снова стояли белые розы.

За окном гремел гром, шумел ливень; в офисе было темно, но она не зажигала света. Запах роз смешивался с запахом кофе. Громов вошел с улицы, неся с собою свежесть дождя.

– Мне не звонили? – поинтересовался он, отряхиваясь. – Ну и ливень! Пока добежал от машины до крыльца, весь промок!

– Вам звонил господин Смирнов, – доложила секретарша, улыбаясь. – Сказал, что через полчаса перезвонит. Сейчас как раз…

Она не успела посмотреть на часы, как зазвонил телефон. Громов в нетерпении схватил трубку.

– Алло, Всеслав? Чем порадуешь?

Игорь Анатольевич слушал, и лицо его светлело, складки на лбу и у губ разглаживались. Смирнов отлично справился со своей задачей! Он рассказал, что предполагаемый убийца Матвеева никакого отношения к Громову и его делам не имеет и поэтому пусть его личность останется неизвестной. Игорь Анатольевич с этим спорить не стал: он был не любопытен. Раз его это не касается, тем лучше. Зачем лишние заботы? Главное – это дневники! А их Смирнов нашел.