Читаем Вендская Русь полностью

Венборскому тиуну подчинялись управляющие княжеских хозяйств, старосты поселений и посадники соседних городков, напрямую подвластных великому князю. Также он занимался торговыми операциями от имени Мстивоя с Хазарией, поэтому в его ведении находилась здешняя варяжская дружина.

– Думаю на следующий год отправить туда четырнадцать или даже шестнадцать ладей, – предположил Мстивой. – Только как быть с товарами? Наверное, придется докупать.

В Хазарию русы привозили в основном меха и рабов, которые в качестве дани взимали с подвластных племен или выменивали по дороге на ткани и другие изделия. Именно о товарах для обмена, собираемых Завидом в качестве податей с местных ремесленников, и упомянул сейчас князь.

– Постараюсь обойтись без закупок товаров, – пообещал осторожно тиун. – В крайнем случае можно будет отправить в Хазарию больше янтаря, он там хорошо продается.

– Прекрасная идея! – согласился Мстивой, повеселев. – Я распоряжусь, чтобы тиун Трузо42 выдал твоему приказчику янтаря в нужном количестве.

Когда разрешился данный вопрос, Завид намеревался отчитаться по сбору урожая, но слуга доложил о приходе Радмира, и Мстивой отложил доклад тиуна на вечер. Племянник князя ездил с поручением к данам, и привезенные им новости касались последствий набега Вислава на земли соседей.

– Все в порядке, – сразу попытался успокоить дядю Радмир. – Сигфрид – главный опекун юного короля Хорика – обещал, что они не станут мстить за набег. Оказывается, в том бою от рук воинов Вислава погиб морской конунг Гудрид, которого Сигфрид уже давно собирался повесить за разбои.

– Но ведь у Гудрида есть родственники, и неизвестно, как они отнесутся к его смерти, – засомневался Мстивой. – Да и Сигфрид всего лишь один из опекунов короля.

– Гудрид не знатного рода, я это выяснил точно, – заверил князя племянник. – Конечно, у него есть родичи и друзья, но все, с кем я разговаривал, очень сомневаются, что им удастся собрать серьезные силы для ответного набега. Что же касается надежности обещания Сигфрида, то им всем сейчас не до нас. Дело в том, что опекунам Хорика пришлось уступить племяннику Харальда Клака Рерику земли между рекой Айдером и морем43.

Сведения, привезенные племянником, обнадеживали. Мстивой был прекрасно осведомлен о давней вражде сыновей Готфрида и рода Харальда Клака. И если сейчас Рерик, пытавшийся совсем недавно отобрать власть у юного Хорика, получил часть Ютландии, то положение опекунов короля на самом деле шаткое.

– Долго ли продлится мир, не знаю, – продолжил свой рассказ Радмир. – Но набеги на земли франков и соседние острова сглаживают недовольство и позволяют надеяться, что власти Хорика пока ничто не угрожает. Правда, всякое может случиться, поэтому Сигфрид попросил разрешить ему набирать воинов в твоих землях.

– Ишь чего захотел! – возмутился Мстивой. – Чтобы франки опять начали нам угрожать. Мне и так хватает с ними недоразумений.

Ему вспомнилось, как чуть не началась война с франками из-за активного участия руских ватаг в совместных с данами набегах. После этого Мстивою пришлось ввести жесткие наказания за подобные походы, и желающих сразу поубавилось. Хотя и сейчас такие случаи еще бывали.

«С другой стороны, – размышлял он, – если нападения восточных франков на земли ободритов не прекратятся, можно будет направить набеги данов на владения Людовика Германского, как уже бывало раньше. Но тогда Сигфрид наверняка потребует обещания помощи в случае вторжения франков. Нет, проще будет договариваться об этом с кем-нибудь из северных конунгов…»

– Кстати, встретился мне там дядя короля Рагнар44, – припомнил еще Радмир. – Он просил передать извинения за гибель твоего двоюродного брата и хотел бы снова быть тебе полезным.

– После разорения Трузо и убийства Улеба45 этому клятвопреступнику здесь лучше не появляться! – зло заявил Мстивой. – Только родство с королем спасло его от справедливого возмездия. Но если он попадется мне в руки, то сразу лишится головы.

Видя, что князь не на шутку рассердился, Радмир решил сменить тему разговора и начал рассказывать о датских нравах. Больше всего его поразило независимое положение женщин, которые могли наследовать землю не только после смерти мужа или даже по своей инициативе разводиться.

– Ладно, спасибо тебе за хорошие вести, – поблагодарил племянника Мстивой, поняв, что все самое важное тот уже сообщил. – Иди отдыхай, а я распоряжусь, чтобы тиун Завид выдал тебе пятьдесят солидов46.

Казалось, сам бог послал ему в помощь Радмира, который в прошлом году удачно съездил в Бардовик47, а сейчас к датчанам. Юноша был младшим сыном полабского князя Жиромира и сестры Мстивоя. Когда его отец погиб, он из-за чего-то поссорился со старшим братом Драговитом и приехал сюда.

После ухода юноши Мстивою подумалось, что за поездку к франкам и переговоры с данами награды деньгами племяннику будет маловато.

«Может, подарить ему дом и подыскать должность? Пусть обживается, парень он толковый и еще пригодится…»

Глава седьмая