Мадлен казалось, что она больше не выдержит этого кошмара, но оргия внезапно прекратилась. Люди один за другим, рыгая, вставали из-за стола и удалялись. Ни один из них не подумал попрощаться. Если бы это не выглядело так омерзительно, Мадлен, наверное, расхохоталась бы.

Собаки, видно, тоже насытились и, потягиваясь, лениво направились к своему месту у камина.

— Ты ничего не съела, — заметил Джилард. — Может, тебе не понравилась наша еда? — тихо спросил он.

— Ты называешь это едой?! Ты хочешь сказать — вы ели?! — не сдержавшись, крикнула Мадлен.

— Что же, по-твоему, мы делали? — громко спросил до тех пор молчавший Эдмонд.

— Я бы сказала — вы жрали!

— Я не понимаю тебя… — промолвил средний Векстон.

— Постараюсь объяснить, — ответила Мадлен. — Я видывала животных, которые едят куда аккуратнее. Даже ваши собаки. — Она возмущенно покачала головой. — Воспитанные люди и вправду едят, Эдмонд! Но то, чему я стала свидетельницей, назвать едой невозможно. Нет, вы все жрали, как свиньи, одетые в человеческое платье! Такое объяснение тебя удовлетворяет?

Эдмонд побагровел. Казалось, он с трудом сдерживается, чтобы не перегнуться через стол и не свернуть девушке шею. Но Мадлен была слишком рассержена, чтобы заметить его состояние и тем более испугаться. Ей было необходимо излить свое возмущение.

— Да, ты достаточно ясно выразила свои мысли. Ты согласен, Эдмонд?

Господи, это был голос Дункана, внезапно появившегося за спиной Мадлен. Она не решалась обернуться, чтобы не растерять только что обретенной смелости.

Он был так близко! Чуть откинувшись назад, Мадлен почувствовала, что ее плечо уперлось в бедро барона.

Девушка тут же подумала, что даже дотрагиваться до Дункана опасно: слишком хорошо она помнила его огромную силу.

Мадлен медленно встала, повернулась и тут же наткнулась на Векстона, который не сдвинулся ни на дюйм. Она уже хотела выложить ему все, что думает о варварском пиршестве, но совершила ошибку, взглянув в серые глаза Дункана. Ее решимость мгновенно испарилась. Дункан обладал какой-то магической властью над ней. «Он пользуется этим», — подумала девушка. Господи, у нее сразу все вылетело из головы, решительно все!

Не сказав ни слова, Мадлен повернулась и медленно побрела прочь.

— Мадлен, я не давал тебе разрешения уйти! — остановил ее крик Дункана.

Девушка застыла на месте, но, обернувшись и натужно улыбаясь, дерзко ответила:

— А я и не спрашивала его.

Увидев, что физиономия барона недоуменно вытянулась, девушка вновь демонстративно повернулась к нему спиной и направилась к двери, уж который раз повторяя про себя, что она тут не больше чем приманка и ей нечего разговаривать со своими похитителями.

Занятая своими мыслями, она не услышала позади себя шагов Дункана. Он быстро нагнал ее и схватил за плечи, слегка сжав их, но и этого оказалось достаточно, чтобы Мадлен застыла на месте и прижалась к барону; тот почувствовал, как она задрожала, но вдруг понял, что ее волнение вызвано не им. Мадлен уставилась на дверь — она смотрела на стоящую в дверях Аделу.

Глава 9

Мадлен пришла в ужас при виде этого существа. Она сразу узнала Аделу, потому что та была очень похожа на своего брата Джиларда. Те же русые волосы, те же карие глаза.

Но она была гораздо ниже брата и намного тоньше, к тому же сероватый цвет лица говорил о ее нездоровье.

На Аделе было платье, казавшееся вылинявшим, но на самом деле оно было до того грязным, что цвет нельзя было разобрать. Длинные спутавшиеся волосы висели клоками, и Мадлен невольно подумала, что в этих лохмах водится не только грязь.

Впрочем, она не испытала отвращения к Аделе. Мадлен видела затравленный взгляд бедной девушки, полный боли и отчаяния. Мадлен едва не заплакала. «Господи, — подумала она, — и виною этому Луддон. Место ему только в аду!»

Крепче обхватив свою пленницу за плечи, Дункан грубо прижал ее к себе. Оказавшись в его объятиях, она перестала дрожать.

— Я убью ее, Дункан! — вдруг закричала Адела.

Тут к ним подошел Эдмонд и взял сестру за руку.

Та медленно пошла к столу. Эдмонд что-то говорил ей, но так тихо, что Мадлен не слышала слов. Похоже, он успокаивал сестру. Та немного успокоилась и несколько раз кивнула Эдмонду.

Однако, усевшись за стол рядом с Эдмондом, Адела внезапно еще раз выкрикнула:

— Я имею право убить ее, Дункан!

В глазах Аделы горела такая ненависть, что Мадлен убежала бы отсюда, не держи ее Дункан так крепко.

Мадлен медленно кивнула, давая понять Аделе, что она поняла смысл ее слов.

— Можешь попробовать, Адела, — промолвила сестра Луддона.

Казалось, этот ответ окончательно разъярил несчастную. Она вскочила с такой стремительностью, что ее табурет, перевернувшись, слетел с настила.

— Как только ты отвернешься, я…

— Довольно! — громовым раскатом пронесся по залу голос Дункана.

Окрик барона возымел мгновенное действие: Адела тут же поникла, как увядший цветок.