Читаем Век Вольтера полностью

Англичане и французы горячо состязались в изучении астрономии; для них это не было далекой или «чистой» наукой; она входила в борьбу за овладение морями, а значит, и всем колониальным и торговым миром. Германия и Россия через Эйлера, Италия через Босковича внесли свой вклад в это состязание, не участвуя в добыче.

Эйлер, Клейро и д'Алембер помогали навигации своими исследованиями Луны, составляя таблицы ее изменений места и фаз по отношению к Солнцу и Земле, а также ее влияния на приливы и отливы. На основе записей Эйлера Иоганн Тобиас Майер в Геттингенском университете составил лунные таблицы, которые получили в подарок от Британского совета долгот. В 1738 году Парижская академия наук предложила премию за теорию приливов и отливов. Награды получили четыре автора: Даниил Бернулли, Эйлер, Колин Маклаурин и А. Кавальери. Все авторы, кроме последнего, основывали свои объяснения на теории Ньютона, добавляя к притяжению Солнца и Луны вращение Земли в качестве фактора, определяющего приливы и отливы. Несколько раз Академия приглашала к написанию эссе о возмущениях планет — их реальных или кажущихся отклонениях от эллиптических орбит. Эссе Клейро получило премию в 1747 году, Эйлера — в 1756-м.

Руджеро Джузеппе Боскович оказал честь своему иезуитскому ордену, осветив открытия в астрономии и физике. Он родился в Рагузе, в четырнадцать лет поступил в послушничество в Риме, поразил своих учителей в Римской коллегии своими способностями к наукам, а в двадцать девять лет был назначен на кафедру математики. С этого времени он выпустил шестьдесят шесть публикаций. Он участвовал в определении общей орбиты комет и дал первое геометрическое решение для нахождения орбиты и экватора планеты. В трактате De materiae divisibilitate (1748) он изложил свой взгляд на материю как на состоящую из точек, или полей, силы, каждая из которых является центром попеременно отталкивания и притяжения — теория, напоминающая монады Лейбница и предвосхищающая атомные гипотезы нашего времени. Разносторонний иезуит организовывал практические предприятия: проводил топографическую съемку и картографирование папских земель, запружал озера, грозившие затопить Лукку, составлял планы осушения Понтинских болот и помогал проектировать обсерваторию Брера в Милане. По его настоянию в 1757 году папа Бенедикт XIV отменил декрет Index Expurgatorius, направленный против системы Коперника. Он получил членство в Парижской академии наук и Лондонском королевском обществе. В 1761–62 годах он был принят с почестями во Франции, Англии, Польше и Турции. В 1772 году он принял назначение Людовика XV директором оптики во французском флоте. Он вернулся в Италию в 1783 году и умер в Милане в 1787 году в возрасте семидесяти шести лет. После себя он оставил несколько томов поэзии.

Самым ярким светилом среди британских астрономов первой половины XVIII века был Джеймс Брэдли. Его дядя, Джеймс Паунд, настоятель Уанстеда в Эссексе, был астрономом-любителем и имел собственную обсерваторию; там мальчик узнал, что существует не только наука, но и эстетика звезд. Получив степень магистра в Оксфорде, Брэдли поспешил вернуться в Ванстед, провел оригинальные наблюдения, сообщил о них Королевскому обществу и был избран в его члены в возрасте двадцати шести лет (1718). Через три года он стал савиловским профессором астрономии в Оксфорде. Когда в 1742 году умер великий Галлей, Брэдли был назначен его преемником в Гринвиче в качестве королевского астронома. На этом посту он оставался до самой смерти (1762).