Правящие классы, как и монахи, не желали ждать рая за могилой. Было возведено несколько величественных ратуш, как в Люнебурге и Бамберге; но основные усилия светской архитектуры были направлены на строительство замков и дворцов. В Карлсруэ в качестве резиденции маркграфа Баден-Дурлахского был построен уникальный замок в форме веера — ребра, выходящие из садовой ручки на городские улицы. Этот дворец, как и большая часть города, был разрушен Второй мировой войной; в той же трагедии пал великий замок Берлин, построенный Андреасом Шлютером и его наследниками (1699–1720); еще одной жертвой стал замок Монбижу у берлинских ворот Шпандау; замок Брюль, предназначенный для архиепископа Кельна, был частично разрушен; замок Брухзаль был полностью утрачен. В Мюнхене Йозеф Эффнер возвел дворец Прейсинг, а в Трире Иоганн Зайц разместил правящего архиепископа в Курфюрстлихес Палас (Дворец выборщиков) — образец скромной красоты. Для епископа-избирателя Майнца Максимилиан фон Вельш и Иоганн Диентценхофер построили близ Поммерсфельдена еще один большой замок — замок Вайсенштайн, в котором Иоганн Лукас фон Хильдебрандт установил знаменитую двойную лестницу, по которой высокопоставленные лица могли подниматься и спускаться без столкновений.

Фридрих Великий завершил светскую архитектуру Германии XVIII века, поручив Георгу фон Кнобельсдорфу и другим построить в Потсдаме (в шестнадцати милях от Берлина) по проекту самого короля три дворца, которые по своему ансамблю почти соперничали с Версалем: Штадтшлосс, или Государственный дом (1745–51), Новый дворец (1755) и летнюю резиденцию Фридриха, которую он назвал «Замок Сансуси». От реки Гавель широкая аллея с плавно поднимающимися ступенями в пять ступеней вела через террасированный парк к этому «Замку без забот», чьи муллированные окна и центральный купол были позаимствованы у дрезденского дворца Цвингер. В одном из крыльев располагалась обширная картинная галерея, под куполом проходил круг красивых коринфских колонн, а в Библиотеке, украшенной завитками в стиле рококо и сверкающей книгами в стеклянных шкафах, можно было уединиться от политики и генералов. Именно в Сансуси Вольтер встретил свою пару в короле-философе, который мог управлять государством, бросать вызов церкви, проектировать здания, рисовать портреты, писать проходные стихи и прекрасную историю, выиграть войну против половины Европы, сочинять музыку, дирижировать оркестром и играть на флейте.

IV. НЕМЕЦКАЯ МУЗЫКА

С момента рождения Генделя и Баха в 1685 году и до смерти Брамса в 1897 году немецкая музыка была верховной; в любой момент за эти 212 лет величайшим композитором, за исключением оперы, был немец. Две музыкальные формы, оратория и фуга, достигли своего наивысшего развития в творчестве немцев в первой половине XVIII века; и некоторые добавят, что римско-католическая месса получила свое окончательное выражение в руках немецкого протестанта. Век живописи закончился, начался век музыки.

Музыка была частью религии, как и религия была частью музыки, в каждом немецком доме. Вряд ли найдется семья, за исключением самых бедных слоев населения, которая не исполняла бы отдельные песни, вряд ли найдется человек, не умеющий играть на одном или нескольких инструментах. Сотни любительских групп под названием Liebhaber исполняли кантаты, которые профессиональные певцы сегодня считают обескураживающе трудными. Руководства по музыке были так же популярны, как и Библия. В общеобразовательных школах музыка преподавалась вместе с чтением и письмом. Музыкальная критика была развита дальше, чем в любой другой стране, кроме Италии, а ведущим музыкальным критиком столетия был немец.

Иоганн Маттезон был, пожалуй, более известен и непопулярен среди немецких музыкантов, чем любой другой немецкий композитор. Его тщеславие затмевало его достижения. Он знал классические и современные литературные языки, писал о праве и политике, играл на органе и клавесине так хорошо, что смог отклонить дюжину приглашений на высокие посты. Он был элегантным танцором, искушенным человеком мира. Он был искусным фехтовальщиком и едва не убил Генделя на дуэли. Он успешно пел в Гамбургской опере, сочинял оперы, кантаты, «Страсти», оратории, сонаты и сюиты, а также разработал форму кантаты раньше Баха. В течение девяти лет он служил капельмейстером у герцога Голштинского, а затем, оглохнув, ушел в сочинительство. Он опубликовал восемьдесят восемь книг, восемь из которых были посвящены музыке, и добавил трактат о табаке. Он основал и редактировал (1722–25) «Критику музыки», самое раннее известное критическое обсуждение прошлых и современных композиций, и составил биографический словарь современных музыкантов. Он умер в возрасте восьмидесяти трех лет (1764), оказав мощное влияние на музыкальный мир.