Читаем Вейн полностью

На соседней скамейке громко спорили два старичка, оба глухие. Голубь топтался на рыцарском шлеме, примериваясь его обгадить. С визгом носились вокруг памятника дети. Газетчик, забравшись на постамент, выкрикивал заголовки. Про Йкам в свежей прессе – ни слова. А какая была бы сенсация: жрица прячется в заштатном трактире. Но Игорь уговорил Тобиуса помалкивать о гостье, убедив, что проблем с того выйдет больше, чем прибыли. Девушка и девушка, мало ли кого менестрель приволок? Они такие, на баб падкие.

– Эй, ты меня вышаривал?

Игорь повернулся.

– А ты – Грешка?

– Ну.

Пацан независимо поддернул штаны и заложил большие пальцы за пояс. Поверх грязной рубахи у него висел новенький амулет – разноцветный шарик. Заговор на веселую, безбедную жизнь. «Эх ты, бедолага», – подумал Игорь.

– Говорят, тебе недавно заработок перепал.

Взгляд у мальчишки стал настороженным.

– Я могу подбавить, – менестрель позвенел в кармане мелочью.

– Че надо?

– Ты нашел вейна по имени Дан Уфф и передал ему послание от хозяина «Речного попрыгунчика». Меня интересует, что было в свертке и на словах.

– Ага, а мне потом башку проломят.

– Не смеши. Про это знает каждый второй шкет.

– Вот их и тыркайте.

Игорь, конечно, уже спросил.

– Но только ты видел, как вейн отнесся к известию. Расскажешь все подробно, заплачу серебрушку.

– Две.

– Ты нахал, парень, – Игорь кинул ему монету. – Вторую после. Я слушаю.

– Тряпка была, красивая, с вышивкой. В ней волосы. Мяконькие, белые.

Один такой сверток лежал у менестреля в кармане, перекупил у запасливого беспризорника. Лоскут от поморской рубахи, судя по ярким ниткам – женской. Волосы срезаны неровно, кажется, прядь отхватили ножом.

– И что вейн?

– Этот бивень меня чуть не задушил, – пацан дернул головой, и сквозь грязь на шее менестрель заметил синяки.

– Он пошел в «Попрыгунчик»?

– Откуда я знаю?

Игорь вытащил второй серебряный и покрутил в пальцах. Пацан шмыгнул носом.

– Спросите Семку-Филина, он там на кухне. Или брата его, тот в зале. Филин правильный, а старший у него щупловатый щегол. За горло взять, все выложит.

Менестрель протянул руку, и Грешка ловко выхватил монету.

В «Речного попрыгунчика» Игорь заглядывал. Ресторан не из перворазрядных, но место людное. Есть неподалеку гостиница, рыночек с местными сувенирами и свежей рыбой, лавки с тканями и пряностями. Отсюда – минут двадцать на пролетке. Но, прежде чем туда соваться, нужно зайти к Лойзе и пополнить арсенал.

На Южную пристань Игорь добрался, когда река уже начала отливать красным – вырваться от очумелого оружейника было непросто, пока не покажет все новинки, слова не даст сказать. Под легкой курткой у менестреля теперь висела кобура с вороным пистолетиком, заводским изделием одного из верхних миров. Клеймо стояло незнакомое, но в комплекте шли три обоймы, пристрелянные для перехода.

«Попрыгунчик» стоял, намертво принайтованный к доскам. Нижняя часть колеса, много лет опущенная в воду, поросла зелеными водорослями. Верхняя, выставленная под солнце и ветра, побелела. Столики на палубе были заняты. Из кухонной трубы валил дым. Интересно, а куда девают помои? Не за борт же, гостям под нос. Игорь обогнул пароходик и заглянул «Попрыгунчику» в тыл. Точно: деревянная площадка, на ней баки с отходами.

Менестрель облокотился на перила. Какое-то время он рассматривал противоположный берег – здание Торгового присутствия отражалось в закатной реке, сверкал кораблик на шпиле, – потом тихонько засвистел. Мелодия складывалась простая, для шестиструнки; в ней были тихий вечер, солнечный луч, ползущий по комнате, и нерешительные Иринкины пальцы, коснувшиеся лица.

Спустя полчаса открылась дверца. Из кухонного чада вывалился лупоглазый мальчишка с ведром. Игорь нашарил в кармане медную монетку и швырнул на доски. Пацан сначала прихлопнул добычу, только потом поднял голову.

– Ты Семка?

– Он самый.

– Мне нужно поговорить с твоим братом.

– Так шли бы, вейн, наверх, там и разговаривали, – Семка ухмыльнулся, показав дырку на месте зуба.

– Мне по секрету.

Полетела еще одна монетка, мальчишка перехватил ее в воздухе.

– Зал до полуночи открыт, а потом Селька сразу домой уходит, вон тем краем, – Филин махнул рукой. – От грузового причала, мимо складов, и в переулок. Все? Мне работать надо.

Загремела крышка помойного бака. Засуетились, выгадывая момент, чайки.

Игорь оглядел пристань и подозвал газетчика.

– «Вечерку», «Торговый вестник». Ну, и давай «Свет Бреславля».

На палубе удачно освободился столик, и официант уже перестилал скатерть.

Менестрель прочитал все, даже набранные мелким шрифтом объявления в «Вестнике». Попробовал фирменное блюдо: карпа в кисло-сладком соусе. Покапризничал, выбирая вино, и заодно познакомился с официантом по имени Селий. Завел спор с джентльменом за соседним столиком. Джентльмен оказался профессором Лозийского университета, языковедом, и они с большим увлечением обсудили тонкости переводов чужемирных стихов на всеобщий. Уже стемнело, когда им напомнили, что ресторан закрывается.