— А сенаторы одобрят?

— А куда им деваться, Эмилий, — развел руками Дидий. — Божественный Либий мертв. Сиятельный Ратмир застрял где-то в Северной Галлии. Кого нам прочить в императоры? Высокородного Ореста? Сиятельного Афрания? Или, быть может, дукса Сара?

— Нам только варвара и не хватало, — поморщился Эмилий.

— Я об этом и говорю, — немедленно согласился с ним Дидий. — Уже то хорошо, что нашествие готов нам не грозит. А там будь что будет. Твое здоровье, магистр.

Сенатор Скрибоний, к которому Эмилий заглянул по пути домой, не разделял осторожного оптимизма комита финансов. Дидия он назвал дураком и ничтожеством. Эмилий, знавший Скрибония много лет, резкости его оценок не удивился. В свое время сенатор многое сделал для возвышения Либия Севера и теперь искренне скорбел о его смерти.

— Моя вина, Эмилий, — покачал сенатор седеющей головой. — И твоя тоже. Либий был молод, горяч и доверчив.

— Все это так, Скрибоний, — вздохнул магистр двора. — Но я одного не пойму — почему Ратмир не пришел ему на помощь? Ведь времени у префекта было более чем достаточно.

— А ты его известил о выступлении готов?

— Нет, — удивился Эмилий. — Но ведь это должен был сделать Афраний.

— Префект Рима — растратчик и вор, — зло выдохнул Скрибоний. — Римский Сенат уже готов был утвердить его отстранение от должности. Мы ждали только указа божественного Либия. Рано или поздно этот указ был бы подписан, ибо преступления Афрания просто вопиющи. Он похитил из городской казны полмиллиона денариев. А комит финансов Дидий потворствовал ему. Теперь тебе понятно, почему этим двоим понадобился новый император.

— Бедный Либий! — прошептал потрясенный Эмилий.

— Императора заманили в ловушку с помощью комита Модеста, — продолжал свой невеселый рассказ Скрибоний. — Он все время уверял Либия, что Ратмир уже на подходе. Но когда римские легионы атаковали готов, им в спину ударили варвары рекса Сара и бургунды Драгомана. Говорят, что Сар убил Либия собственной рукой.

— Откуда ты все это знаешь?

— Я встречался в Медиолане не только с Афранием и Орестом, но и с непосредственными участниками битвы при Арле, и все они в один голос твердят, что их предали, и проклинают комита Модеста.

— И что же теперь будет, Скрибоний? — потухшим голосом спросил магистр двора.

— В Риме будет новый император, божественный Антемий, — горько усмехнулся сенатор. — Он человек пришлый, и мне нечего ему предъявить. А вот с Афрания спрос будет, это все, что я могу тебе обещать, Эмилий. Возможно, Ратмиру удастся больше. Да и твоего пасынка Марка не стоит сбрасывать со счетов.

— Климентина не переживет второй потери!

— А что прикажешь делать, Эмилий? — вздохнул Скрибоний. — Высокородный Марк не такой человек, чтобы тихо сидеть у очага. О сиятельном Ратмире я уже не говорю. Я отправил префекту Галлии письмо. Написал все, что знаю. Ратмир должен вернуться в Рим. Это будет на пользу и нам с тобой, и божественному Антемию.

— А византиец-то здесь при чем?

— При том, что он действительно византиец, — хмыкнул сенатор. — Говорят, что он ведет с собой пять легионов. Но эти легионы — капля в море. Ему нужны будут союзники здесь в Риме, в противном случае он станет марионеткой в руках Афрания и Ореста. Мы будем его союзниками, Эмилий. Мы и префект Ратмир.

Божественный Антемий стал императором Великого Рима раньше, чем ступил на каменную мостовую Вечного Города. Сенаторы сделали все от них зависящее, чтобы не обидеть человека, которому отныне предстояло править если не всей ойкуменой, то, во всяком случае, значительной ее частью. Римские обыватели равнодушно глазели на нового властителя, твердо стоявшего на колеснице, влекомой шестеркой коней, и прикидывали в уме, сколько лет, а возможно, и месяцев продлится его правление. В последнее время императоры так часто менялись в западной части некогда великой империи, что римляне стали путаться в их именах. Этот невысокого роста человек с морщинистым чисто выбритым лицом и небольшими прищуренными глазами не произвел на плебс большого впечатления.

— Год от силы, — вынесла ему вердикт толпа, но из вежливости, присущей римлянам, все-таки пару раз проскандировала довольно дружно: — Да здравствует император!

Знатных мужей города Рима слегка озадачило количество сыновей божественного Антемия, их было трое. Ражие молодцы ехали вслед за отцом на сытых холеных лошадях и бросали горделивые взгляды на притихших римлян.

— По крайней мере, с наследниками у божественного Антемия проблем не будет, — заметил в утешение патрикиям высокородный Дидий.

— Было бы что наследовать, — горько усмехнулся сенатор Скрибоний. — Где твое былое величие, Великий Рим?

— Будет, — громко отозвался ликующий Афраний. — Дайте срок.

— Ты этот срок не у нас проси, а у Бога, — бросил ему Эмилий. — Бог, говорят, добрее людей.

Часть вторая

Ярман

Глава 1 Брат