Читаем Ведомая огнем полностью

– А полегче нельзя? – возмутилась Света.

Шкер ухмыльнулся, качнул головой и отпустил Эгера, который повернулся на голос Светы и восхищенно уставился на нее.

– Как прекрасна-а-а…

– Двинь-ка ему еще, пожалуйста! – процедила сквозь зубы Света.

Мужчины расхохотались. Все, кроме Эгера. Тот, пошатываясь, добрался до своей женщины, схватил ее за руки и вновь прошептал:

– Ты невероятная, моя, моя женщина. Твои волосы золотятся в рассветных лучах. Каждая прядка переливается десятками тонов. А белая одежда в серых разводах скрывает потрясающее тело. Коричневая глина с зелеными прожилками мха… Ты знаешь, у тебя изумительные глаза – самого красивого небесного цвета! Я не верил, когда нас готовили к тому, какие они, цвета нашего мира. Ориентировали на то, как опознавать тот или иной цвет. Приводили аналогии, объясняли те, кто с этим уже столкнулся. Но такое нельзя описать – это надо видеть. Это надо прочувствовать, прозреть…

Эгер, как загипнотизированный, дрожащими пальцами коснулся волос Светы, большими ладонями провел по ее телу, ковырнул ногтем комочек глины, поднес к глазам. Затем нос к носу приблизил лицо к ее и улыбнулся как ненормальный.

Именно в этот момент я поняла – Дэнарта нужно бы простить. Он, когда прозрел, все же повел себя чуть более сдержанно, хотя…

Подошедший к нам Айаал прошептал недоверчиво:

– Неужели у него весь спектр? И полное смешение? Невероятно!

– Нам пора вылетать. Мы и так слишком сильно опаздываем, скоро совсем рассветет и начнет жарить. А они и так… поджаренные… – проворчал Шкер.

Эгеру потребовалось еще несколько минут, чтобы прийти в себя, затем я заметила, как его светлая кожа в черной окантовке ромбиков чешуи потемнела от смущения. Но Эгер никак не хотел выпускать Свету из рук и все касался ее, не обращая внимания на то, что она вся измазана в глине. Подруга поначалу смущалась, потом расслабилась и поверила наконец, что нравится своему мужчине в любом виде. Особенно такая, как сейчас – яркая и цветная: коричневая глина с остатками мха на лице и конечностях, голубые глаза, спутанные, нечесаные волосы, грязно-белый халат с ободранными краями…

А все равно тряпочка на бедрах Эгера вон как топорщится, выдавая возбуждение. Света, тоже заметив это, расцвела на глазах и порхала рядом с практически мужем, или как тут у них называют.

Вскоре восемь драконов с пятью пассажирками яркими пятнами взмыли в небо навстречу рассвету.

Сегодня я летела, прижавшись к Дэнарту, не потому что боялась упасть с высоты, а потому что ближе, теснее хотела ощущать его теплое тело. Нет, поспать на таком транспортном средстве пока смелости или уверенности в своем драконе не хватит, но подремать, крепко обнимая руками и ногами, – вполне возможно.

Произошедшее между нами ночью сейчас казалось приятным сном, но прятать голову в песок, как страус, – не хочу. Я впервые в жизни последовала желанию тела, нет, пока еще не души или сердца, но и их коснулись отголоски ночного купания в эрховане. Но думать об этом или анализировать – тоже не хотелось. Да и страшновато – туманная неопределенность будущего пугала.

Заняться было нечем – скорость и ветер в лицо не давали поговорить. Вот я и дремала, набираясь сил и изредка поглядывая по сторонам.

Через несколько часов – если ориентироваться по моим внутренним ощущениям и положению Эша на небе – я отметила у горизонта загадочное красное пятно. Дэнарт, сделав плавный маневр, подлетел к Эгеру снизу, и они заговорили на незнакомом нам языке. Судя по тональности, о чем-то тревожном. А еще я со стыдливым любопытством, тайком рассматривала снизу мужскую гордость черного дракона. Ну уж очень интересно: сильно ли отличается эта часть тела в его второй ипостаси от «человеческой»?!

– На что смотрим? – раздался сверху ехидный голос Светы.

По-детски втянув голову в плечи, словно меня поймали за чем-то недозволенным, почувствовала, как щеки заливает горячее смущение, хотя слой глины никому не позволит его разглядеть.

Света понимающе хмыкнула, а затем, свесившись с Эгера, тихо добавила:

– Я тоже поглазела, когда от станции летели. Почти не отличается, да?! Эх, какие мы все… в общем, любопытные…

Мы обе рассмеялись, точнее, попытались, но высохшая глина сковывала мимические мышцы, а вытягивать трубочкой губы – глупо, и смех заглох на корню.

Посмотрев на Свету, я оценила наш внешний вид:

– Мы сейчас в этой глине на мумии похожи или даже на зомби не первой свежести. Тех, которые уже подсохли и начали трескаться и шелушиться. Жуть! Если кто посторонний увидит, заикой навечно останется.

Драконы повернули к нам морды, и Дэнарт сказал:

– Видите там пятно красное впереди? – Мы со Светой согласно кивнули, а он продолжил: – Это идет песчаная буря. Надолго! Она пару дней бушевать будет. Так что нам придется приземлиться. Что-то в этом обороте рано… Обычно это происходит перед самым приливом, а тут…

Предупредив нас, Дэнарт свистнул драконам и полетел к земле. Оглянувшись, я заметила, что остальные тоже устремились за нами, и выглядело это, будто на землю падают разноцветные огромные листья. Красиво!