Читаем Вечный союз полностью

— Тогда как раз открыли линию до Вены, — продолжал доктор, — и Эстер упрашивала меня свозить ее туда. Но тут разразилась эпидемия холеры, и в Вену мы с ней так и не съездили… — Он стал поспешно рыться в карманах в поисках носового платка. — Так что теперь всякий раз, путешествуя по железной дороге, я вспоминаю ее. Как ей хотелось прокатиться!

— Как знать, может быть, она сейчас едет вместе с тобой, — сказал Эндрю, положив руку на плечо друга.

— Я тоже всегда утешаю себя этой мыслью, — отозвался Эмил. — Ну ладно. Мне пора возвращаться в свою операционную и проверить там все еще раз. А то этому тупице Николасу ничего нельзя доверить.

— Кэтлин очень хвалит его. Она говорит, что он твой лучший студент.

— Вот уж нет. Это Кэтлин лучшая ученица. Правда, он лишь немного уступает ей. Но только будь добр, не передавай им этих моих слов.

Эндрю еще раз похлопал доктора по плечу, и тот, открыв дверь переполненного штабного вагона, зашел внутрь.

Обогнув холм, поезд повернул на восток. То и дело стали попадаться группы деревьев — аванпосты большого леса. К югу открывался вид на волнистые, поросшие травой холмы, простиравшиеся до самой линии горизонта, которая четко вырисовывалась в лучах утреннего солнца. В этом месте степь подходила вплотную к кромке огромного лесного массива. Эндрю еще немного постоял на открытой площадке, отдавшись ритму движения. Затем, сделав глубокий вдох, он тоже прошел в вагон.

Дверь еще не успела закрыться за ним, как со всех сторон посыпались вопросы.

— Тетя Катя!

Маленький мальчик мчался к ней по платформе, и она осторожно наклонилась к нему, оберегая себя от его бьющей через край энергии.

— Ты ведь любишь поезда, да, Эндрю?

— Я хочу покататься! — вскричал он и стал имитировать паровозный свисток, основательно обрызгав ее слюной. Рассмеявшись, Кэтлин достала носовой платок, вытерла свое лицо, а заодно и грязь с его щеки.

— Хочу на ручки!

— Ты же знаешь, что тете Кате нельзя, — урезонивала мальчика следовавшая за ним Людмила. Она подхватила его и подняла высоко в воздух. Малыш заверещал от восторга, но затем сказал:

— Бабушка, пусти меня. Пусть Катя поднимет. Кэтлин в ответ лишь поцеловала его, на что Эндрю сморщился в притворной гримасе. Тут Кэтлин увидела Таню и, подойдя к ней, ласково обняла.

— Как дела?

— Я пришла, чтобы посмотреть вслед последнему поезду, — ответила та.

— И я тоже. Не волнуйся ты так. Винсент там за толстыми городскими стенами, ничего с ним не случится. Эндрю со своей армией скоро вызволит его оттуда

— Да, конечно, — отозвалась Таня, но прятавшийся в глубине ее глаз страх не исчез.

Кэтлин прижала подругу к себе.

— Знаешь, что я тебе скажу? — прошептала она. — Все мужики — порядочные свиньи.

Таня в изумлении уставилась на нее.

— Ну посуди сама. Понаделают детей и, заперев нас с ними дома, отправляются искать приключений на свою голову. А нам приходится сидеть как пришитым, изображать примерных жен и умирать от страха, как бы с ними чего не случилось. В Америке во время войны женщины без конца вязали для них носки, чтобы занять себя чем-нибудь. Ну разве это справедливо?

Печальная улыбка осветила лицо молодой женщины.

— Это точно. Винсент вместе с нашим дорогим президентом вполне могли бы переправить меня туда еще до того, как все это началось.

— Ты же знаешь, что двойняшкам нельзя пока отправляться в такое далекое путешествие, — сказала Людмила, по-прежнему державшая маленького Эндрю на руках и поминутно заглядывавшая в коляску, где мирно посапывали две девчушки, не обращая внимания на окружающий гвалт.

— Ты права, — обратилась Таня к Кэтлин, повышая голос, чтобы ее услышал отец, стоявший поблизости вместе со своим штабом. — Все мужики — порядочные свиньи.

Калин взглянул на дочь в притворном негодовании, в то время как его штаб был явно шокирован.

Переглянувшись с Кэтлин, Таня выдавила из себя улыбку. Обе они пустословили, чтобы заглушить свой страх.

— Пора.

Обернувшись, Кэтлин увидела Майну, подходившего к Калину. Лицо его осунулось от недосыпания и усталости.

— Ты проделал гигантскую работу, сынок, — произнес Калин с искренней благодарностью. — Как и все вы. Я говорю не как президент, а как отец того мальчишки, который сейчас в Риме. Спасибо вам за чудо, которое вы совершили.

Шагнув вперед, он обнял Джона одной рукой и крепко прижал к себе по русскому обычаю. Майна несколько смущенно принял эту отеческую ласку, затем сделал шаг назад и отдал президенту честь.

Кэтлин тоже подошла к офицеру л взяла его за руку:

— Да храни тебя Бог, Джон. Я задержалась здесь, чтобы проводить последний поезд.

— Благодарю вас, мадам.

— Ну вот. По-моему, мы всегда были на «ты».

Он устало кивнул и, направившись к последнему составу, стоявшему на запасном пути, помахал им рукой.

Паровоз дал громкий свисток, вызвавший вопль восторга со стороны Эндрю и пронзительный писк из детской коляски. Поезд тронулся, и Джон вскочил на подножку первого вагона.