Читаем Вечный слушатель полностью

Вечный слушатель

Албрехт Роденбах , Гонсалвес Креспо , Ян Янсон Стартер , Редьярд Джозеф Киплинг , Евгений Витковский

Там, где смерчем ночная ревет высотаи хлещет ливень, — строчкой короткоймолнии магниевая чертасверкает над всплывшей подводной лодкой,возникшей, как фата-моргана, на миг;но прежде, чем станет волне по силамее накрыть — накреняет плавники вглубь уходит округлым рылом,с пеной вдоль жабер и вдоль боков,ангелов-рыб растолкав хороводы,меж бедрами двух материковныряет в наитемнейшие воды,в мир погибших матросов и сломанных рей,государств, ушедших давно под буруны;но по-княжески щедр яйцеклад морей —вновь государства растут, как луны.Отсе́ки лодки полны тишиной,молочный свет в капитанской рубкеозаряет за переборкой стальнойрычаги, циферблаты, датчики, трубки, —здесь Мануэл. высокий моряк,с короткой бородкой, худой, узколицый,по картам следит за дорогой сквозь мрак,на приборы глядит, листает страницы;Дабор, толстяк, на койку прилег,сопит и похрапывает глухо,просыпается, подавляет зевок,за пульсом лодки следит вполуха;и Йорик во впадине гамакаспит тяжело, отвернувшись к стенке,покуда его не щипнет слегкатолстяк: давай продирай-ка зенки, —но Йорик вновь закрывает глазаи молится: «Боже, мой слабый разумне в силах понять в Тебе ни аза,но я повинуюсь Твоим приказам,здесь, в лодке, почти ползущей по дну,сколь бы душа домой не стремилась;но на пути в чужую странув трех дюймах от смерти — пошли мне милость:пусть ни магнитная мина, ни рифне встретятся на пути субмарины,и пусть ее бессмысленный взрывне исторгнет из лона морской пучины…»Толстяк-зубоскал — в своем амплуа:«Наверху-то, конечно, всякие бури,но тебе, под водой, что за дело, а?Начитался, видать, сухопутной дури?Чихня все это — считаю я.Ну-ка, давай поглядим по картам.Сними!» — разложит, резинку жуя,сулит невезуху, прельщает фартом:«Йорри, держись, пусть угрозы и нет;червонная дама, туз. как видишь,бубновый король, пиковый валет —но ты все равно победителем выйдешь!»

* * *

Сквозь легкую дымку морского туманазодиаком новым уже вознеслоКрылатого Змея, Большого Фазана;Йорик глядит в смотровое стеклои видит: при свете луны, без опаски,от кораблей, погребенных на дне,всплывают призраки в полной оснасткеи, как прежде, легко скользят по волне,и матросы на палубах вновь, с усильемодолевая стихии власть,связуют — будто кость с сухожильемв крыле у чайки — с парусом снасть,парусом белым… В придачу к заботамон вспоминает ночной поройлегенду, поведанную Геродотом,как владыка Египта, Нехо Второй,не пожалел казны для похода:моряки доказали, что солнце встаетвсе время справа, три полных года;а вот — плывет лиссабонский флот,вот на Мадейре яростный Сарко,как сады, за крестом насаждает крест;вдоль берега Африки утлая баркасквозь желтый пар ядовитых местплывет, но уже ни вера, ни деньгине владычат над доводами ума, —лишь пыль пустынь оседает на стеньгида мыс Бохадор насылает шторма,здесь мир кончается, затуманясь,здесь ни птицам, ни ангелам нет пути,но тупой, коричневый Жил Эанесвсе дальше и дальше велит грести;кругом колдовство и ветра штормовые,на другой, не чтимый никем, нигде,вкруг Мыса Бурь обошел впервыеи покоится в южной морской воде, —вкруг мыса, что бы пределом дерзанью,плодящего черные ночи и дни,в которых над гротом и над бизаньюСвятого Эльма горят огни, —он, кто к востоку рвался, откинувсомнений и суеверий груз,кто воздвиг средь тюленей и средь дельфиновкрест на острове Санта Крус:«Молитву на бреге пустынном, голом,Святая Мария, тебе творю:ужас перед священным симво́ломвнуши и зверю и дикарю!»Диас — ломавший судьбу упрямо,но за пределом встречавший предел,как ван Линсхотен, как Дрейк и да Гама,как все, кто до цели дойти не сумел.Исполни Горы набычился гневно,смертельным бивнем выставя риф:крыла распластав, сюда ежедневноприлетает белоголовый гриф,подслеповатые глазки таращити подплывающие судапрямо на каменный бивень тащит,которым вспорота здесь вода;корабль уходит рывком единымв соленую, непроглядную тьму;не один, кто крестом угрожал сарацинам,на дне покоится, в вечном дому;давно доиграв мирскую драму,призрак-корабль обходит мель,к Лиссабону, Лондону, Амстердамувезет подарки восточных земель:алмазы, гвоздика, перец, корица,серебро, сундуки золотого шитья…«Здесь, где ангелам-рыбам пристало резвиться,средь руин корабельных двигаюсь я,здесь каменный бивень — цель и награда,последний причал и венец трудовнеловких искателей Эльдорадо, —здесь под утро на остовах мертвых судовиграют зеленые, белые зори,и виден обросший солью скелет,серебряный грошик, брошенный в мире —„Гарлем“, покоимый триста лет.„Доброй Надежде“, „Цапле“, „Верблюду“судьба уподобит ли жизнь мою?Неужто я, недостойный, будусеменем, брошенным в землю сию?»

* * *

Чаячье в небе мелькает крыло.Сквозит бахрома дождя седая.Йорик знает, что время почти пришло,и в перископ глядит, выжидая:быть может, под пасмурной пеленойнаконец предстанет жадному взоругород, неведомый, но родной,обнявший плосковершинную гору…Прежде, чем день, разлившись вокруг,наполнит воздух жаркой одышкой,по лестнице Йорик выходит в люк,прорезиненный сверток держа под мышкой.На мостике с ним остается вдвоемМануэл, воитель худой и упрямый,от багра и копий на теле чьемв пяти местах глубокие шрамы.— Готовься снова увидеть нас,не зная ни мига, ни дня, ни года:никто не в силах предвидеть часприхода нашего и ухода.Бестрепетно и терпеливо жди:момент любой для нас одинаков.Помни о нас постоянно средипредвестий, примет и условных знаков.Вот карта тебе — ты уходишь в бой,надежда — на разум, на глазомер твой;как я когда-то, теперь собойво имя цели твердо пожертвуй.Потом сирена, как зверь, ревет,и голос ее монотонный страшеннад рябью свинцовой прибрежных вод;вот — город, с тысячью зданий, башен,с шумом моторов, с шорохом шин,и вот, покинутый на дорогес картой и свертком, в толпе — один,человек исчезает в тумане, в смоге.

Читаем Вечный слушатель полностью

Вечный слушатель

* * *

* * *

Похожие книги

Все жанры