Читаем Вечный слушатель полностью

Вечный слушатель

Албрехт Роденбах , Гонсалвес Креспо , Ян Янсон Стартер , Редьярд Джозеф Киплинг , Евгений Витковский

Поодиночке — днем, в ночи — вдвоем.Нам кажется необычайно важнымизмерить в море чистый окоем,вести подсчет порывам ветра влажным;отметить, как легко жужжит пчела,насколько звезды ярче временами,как много бед, и нежности, и зла —все мчится мимо нас и вместе с нами.О паводок немыслимый! Покамы думаем, что расставаться рано —успеть увидеть, как из пустякарастет незаживающая рана.Погасшего желанья не вернуть —на то у жизни веские причины, —мне встретятся девичий взгляд и грудь,тебе — покой в объятиях мужчины.Прилив лютует: рвущейся волнойпредельного подъема достигая,он метит стену меткой кровяной,там — позже — метка явится другая.Поодиночке — днем, вдвоем — всю ночьПометки тускнут — тайный знак усталым.Бушует время, море мчится прочь.Вступление становится финалом.

Прусская лазурь

Не от горных рейнских богов,не от полуденной тениих золотых подошв на пескепрячусь. Не очень стараясь,вода и воздух слагают повесть:плеск весла, звон струны,женские пальцы над гладью пруда,в башне замка — серьезный мужчина,чье счастье — перо и бумага.Но взгляд и мундир Фридрихав клинке отражались моем —я, оловянный солдатик, рубилвоздух и повелевал барабанами.О, эта лазурь! Мертвые смерти не знают,не упал ни единый штандарт,меж колосьев усатых — голова, словно в лаврах.Колосья склонялись к следам лафетных колес,обещая немыслимые урожаи.Ты, страна детворы и капралов, —ты погибнешь в единую зиму!Король превращается в призрак щербатыйна истертом серебряном пфенниге.Ледоход — никаких урожаев. Волки от голодабродят возле заборов и мельниц.Огнем, выхватившим двенадцать штандартов,иней на ранах не растопить.Мертвецы мертвы.Но ты, мечтатель, все же встаешь,при факельном свете ищешь перчатку, венец,грудь нараспашку — о, дерзость во сне!Вырыта принцу могила, однако пуста.Мы все же держимся в рамках, бросаяна чаши весов наш долг неоплатный.Лишь тебе — фанфары и слава,и стихи, звенящие, как кираса…Крыльями плещут драконы над полем битвы.

Вольфганг Бехлер
(р. 1925)

Болото

Облака ползут над почвой топкой,на ветру танцует березняк.Я иду чуть видной, узкой тропкой,оступаюсь в воду, что ни шаг.Гать почти сгнила поверх мочажин,но другого не ищу пути:жалкий дерн так безнадежно влажен,что его спокойней обойти.Там, в конце, быть может, брезжит что-то —но невнятна цель и далека.Лишь стоит стеной вокруг болотабелый частокол березняка.