– Улетел в длительную командировку! – придумала я новую версию. – За границу! На год. Ксения его провожала стройной и встретила худенькой.

Степа встал.

– И все промолчали? Соседи, например. Или Ксения сидела взаперти? Полный бред! Ладно, пусть так! Но откуда родинка на ухе, как у Сергея, если девочка от любовника?

– Шах и мат, – пробормотала я, – ничего не понимаю. Но Софья может желать Любе зла! Если верить Марине, Соня любит Ксению. Возможно, она зла на Любу за то, что та бросила мать.

– Или рассчитывает на наследство, – предположил Степан.

– Ксения не богата, – вздохнула я.

– Однокомнатная квартира в Москве, даже в не очень престижном районе – капитал, – возразил Дмитриев, – но сведения, которые раздобыл Шкатулкин… Мда!

– Ты о чем? – спросила я.

Дмитриев посмотрел на часы.

– Поехали. Он скоро придет.

– Кто? – недоумевала я.

– Герман Юсупович Белоглазов, – пояснил муж, – автор и ведущий цикла программ «Те, на кого не подумают» на канале «Болтун». Шкатулкин покопался в разных местах и выяснил: Ксения отнюдь не бедная-несчастная. У нее в Москве пять квартир и две в Питере. Все сдаются.

Глава 32

– Отец мой занимал не последний пост в КГБ, – красивым баритоном начал свой рассказ седовласый мужчина, – он хотел, чтобы я пошел по его стопам, но матушка взбунтовалась, впала в раж, кричала:

– Хватит с меня вечно отсутствующего супруга, я смирилась с ролью вдовы при живом муже. Но сына хочу видеть каждый день.

Такой скандал закатила! Папа меня устроил в МГИМО, я выучил испанский и много лет работал в Латинской Америке. Когда коммунистический режим рухнул, пошел преподавать языки. А пять лет назад у меня появилась идея…

Герман Юсупович одарил меня очаровательной улыбкой и продолжал:

– Программа «Те, на кого не подумают» рассказывает об известных людях, чьи имена знал весь Советский Союз и кто не забыт до сих пор: певцы, писатели, художники, композиторы. И все они агенты КГБ. Каждая история уникальна. Например, поэт Штакин. Яркий представитель протестного движения. Подписант писем за свободу инакомыслящих. В конце семидесятых остался в Америке, клеймил на всех радиостанциях режим Брежнева. Во все горло орал, что ему удалось сбежать из СССР вместе с пятнадцатилетней дочерью Нонной, талантливой балериной. Она потом работала в лучших труппах мира. Представляете, какой поднялся вой, когда я показал в эфире расписку Штакина о его согласии сотрудничать с КГБ? Завоняло на всю Европу и США! А я раскопал интересную историю. Нонна Штакина тяжело заболела. В СССР ей помочь не могли, а вот в Америке жил врач, который обещал ей полное выздоровление. Поэт подал прошение на выезд. Ему ответили:

– Хорошо. Вы можете спасти дочь. Но есть небольшое условие: вы работаете на нас. Не бесплатно.

Нонна единственный ребенок Штакина, ее мать, жена поэта, скончалась через год после рождения девочки. Штакин малышку обожал, не женился второй раз, чтобы не привести дочери мачеху. И вдруг! Жуткий диагноз! Отец впал в панику, потом поднял всех на ноги, узнал про доктора в США…

Кагэбэшники точно знали, на какую педаль нажать. Штакин подмахнул все бумаги, и его быстро отправили в Америку. Обставили дело так, что комар носа не подточит. Штакин и Нонна поехали в Белоруссию, якобы на отдых в санаторий. И перебежали к полякам. Их сразу не хватились. Отец предупредил в столовой санатория, что они с дочкой хотят навестить друзей в Бресте, отъедут в понедельник вечером, вернутся в четверг утром. Никто и не волновался. А папаша с дочкой уже во вторник оказались в Варшаве, попросили там убежища в американском посольстве. В четверг они в Нью-Йорк улетели. Очень хорошо организованная операция. Штакин много лет на КГБ работал. Это только один пример того, на кого никто не подумает. А вас, если я правильно понял, заинтересовала программа про Симону Красавину, певицу?

– Да, – кивнул Степан, – если можно о ней!

Герман Юсупович расцвел улыбкой.