– Да ну? – восхитилась Ольга. – Наверное, читаете в подлиннике рукописи Гомера? На английском?

– Конечно, – вмиг солгала Алина.

– Ой, держите меня семеро, – расхохоталась Пискунова. – Гомер жил в Древней Греции. И он свои произведения пел! Не писал! Smile – смайл – улыбка. А вот smell – запах. По-вашему смел, смелок. Колхоз!

– Сама деревня, – нашла достойный ответ Алина, – твой журнал полторы калеки читает.

Маргарита подергала носом и с укоризной посмотрела на меня.

– Никакого запаха нет.

Но я сообразила, что хозяйка агентства тоже уловила аромат спиртного. Вот тут я растерялась и потрогала свои волосы. Они оказались на ощупь жесткими, как первая ледяная корочка на луже.

– Пиво! – выпалила я еще раз.

– Во! – зааплодировала Боровец. – Молодец. Всегда лучше признать проблему, чем делать вид, что ее нет! Ну бухаешь. И что? Все такие.

– Уже говорила: я налила его на волосы, – сказала я, – они поэтому стали как наждачная бумага. Кто хочет, может потрогать.

Марина вскочила, провела ладонью по моей макушке и протянула:

– За фигом ты эту глупость сделала?

– Закончились укладочные средства, – вздохнула я, – в магазин бежать было некогда. Вот и взяла пиво.

– Почему не сметану? Или масло? – хихикнула Алина.

– Потому что у нее из продуктов есть только бухло, – резюмировала Ольга. – Надо же такое придумать! Пиво на голову! Да ее мыть надо, она от грязи цементная стала.

Я попыталась объяснить женщинам, почему пиво можно использовать вместо пенки для объема.

– Моя тетка всегда так делала, она…

– А-а-а, – бесцеремонно перебила меня Ольга, – теперь понятно. Вы из семьи потомственных алкоголиков.

Глава 17

– Снимите с меня пояс немедленно, – потребовала я, когда журналистки ушли.

– Ключика нет, – воскликнула Рита, – вы же знаете, мой супруг…

– И не надо, – зашипела я, – сейчас я поеду к мужу на работу, там в лаборатории «Волшебник» обязательно разрежут.

– Ой, – испугалась Маргарита, открыла ящик стола и вынула небольшую железную палочку, изогнутую крючком.

Когда палочка оказалась в руках владелицы рекламного агентства, я радостно выдохнула, схватила сумку и услышала:

– Виола, деньги придется вернуть. Договор расторгнут по вашему желанию.

– Я провела пресс-конференцию, – напомнила я. – Кстати! Кто вам разрешил уродовать мое изображение? Делать с помощью компьютера из меня слонопотама? Издательство «Элефант» узнает о вашей акции и подаст в суд.

В глазах Маргариты взметнулось беспокойство.

– Виолочка, мы же друзья. Давайте договоримся. Есть прекрасное предложение. Фирма «Боббис-коггис» производит консервы премиум-класса, ей нужен рекламный ролик про хлопья для завтрака. Работы всего ничего: постоять с коробкой хлопьев в кадре. Очень не хочется у вас деньги забирать. Но условия договора нужно выполнять. Конечно, мы вычтем пресс-конференцию, день вашей работы. Все равно придется отдать приличную сумму. Но я нашла выход. Проведете мероприятие для «Боббис-коггис», оплата за него покроет возврат «Волшебника». Правда здорово?

– Спасибо, – обрадовалась я, – только я никогда не участвовала в рекламе.

– Ерунда, – отмахнулась Рита, доставая из стола бланк, – сейчас договорчик составим, я все объясню.

Я подписала бумагу, вышла из офиса, села в машину, приехала домой, увидела на вешалке верхнюю одежду мужа, еще чью-то черную куртку и давно не чищенные ботинки. Не успела я подумать, кто к нам забрел в гости, как из столовой раздался голос Степы:

– Хочешь еще курицы?

– Давай, – ответил неизвестный мужчина, – повезло тебе с бабой! В доме чисто, готовит вкусно, работает, деньги приносит, вечер на дворе, а она на службе. Мне б такую!

– Твоя Валя прекрасная хозяйка, – заметил Степа, – как к вам ни зайду, полон стол разносолов. Три сына у вас. И она тебя не бросала ни при каких обстоятельствах.

– Когда ты в последний раз в гости к нам заруливал? – хрипло рассмеялся незнакомец.

– Ну, – протянул Степан, – не помню.

– То-то и оно, – хмыкнул гость, – сейчас Валька весит сто кило! Твоя раскабанела с годами? Сколько ее весы показывают?

– Вопрос на засыпку. Понятия не имею.

– На стуле свитер висит. Он дочкин?

– Федя, ты же знаешь, что у нас детей нет.

– Я тоже думал, что троих настрогал. А потом Надька с гаденышем возникла. Еле-еле уломал, чтобы Вальке не говорила, деньги ей плачу. Так чья одежонка?

– Вилкина.

– Размерчик европейский тридцать шестой. Ага! А моя тумба, когда в Париж поехали, только на заказ одевалась, потому что прикида на автобус во Франции в лавках нет…! …!

– Роди троих. Посмотрим, каким стройным ты останешься!

– Так сама… захотела! А я теперь всем спиногрызам квартиры купи, машины, денег им дай! Пашу конем… Кто-то пришел! В квартире посторонний!

– Не слышу шагов, – удивился Степа.

– Я тоже! Пахнет пивом!

Раздался скрип, я поняла, что муж сейчас выйдет в холл, и сняла куртку.

– Вилка, – улыбнулся Степан, – как пресс-конференция?

– Жуть и мрак, – ответила я. – У нас кто-то в гостях?

– Федя Работкин. Помнишь его?

– Нет, – сказала я.

– Твой одноклассник, он в одном доме с нами жил. Тети Нины сын.

Я призадумалась.

– Нину я тоже забыла.

Степа взял у меня куртку.