Читаем Вечные следы полностью

Родился он в 1712 году в Вологде. Отец Рычкова торговал поташом и смолой, отправляя суда в Архангельский порт. Занятие это оказалось невыгодным, семья Рычковых разорилась и переехала из Вологды в Петербург.

Юный Петр Рычков обладал замечательными способностями. Овладев грамотой, он самостоятельно изучил иностранные языки настолько хорошо, что начал работать переводчиком в торговых конторах и портовой таможне.

Известный географ и писатель Иван Кирилов взял Рычкова на службу в Оренбургскую экспедицию. Она была учреждена по почину Кирилова «для отворения свободного пути» из России в Бухару, Индию, Балх, Бадахшан. Обстановка на Востоке складывалась тогда очень благоприятно для России. Казахи Младшей орды сами просили о русском подданстве и снаряжали своих послов в Петербург.

Казалось, что могло быть общего в работах Оренбургской экспедиции и Великой Северной (Камчатской) экспедиции Беринга и Чирикова? А между тем их деятельность направлялась как бы по единому руслу. В то время речь шла вообще о поисках возможных удобных сообщений с Индией. И для этого были избраны Северный морской путь и дороги через просторы Средней Азии.

Поэтому и неудивительно, что Петр Рычков, работая вместе с Кириловым, составил план установления связей с Индией. Одновременно с этим в Оренбургской экспедиции был разработан один из проектов достижения Ост-Индии Северным морским путем.

В Камчатской и Оренбургской экспедициях нередко трудились одни и те же люди. Ученые моряки, спутники Беринга, при составлении карт учитывали данные съемок, проведенных в Азии сотрудниками Ивана Кирилова и Рычкова.

В таком воистину грандиозном предприятии принимал деятельное участие молодой Петр Рычков. Начиная с 1734 года он, по его словам, находился при Кирилове «во всех походах безотлучно». Он вел всю переписку экспедиции.

31 августа 1735 года пушечный салют, прогремевший над азиатской степью, возвестил о закладке девяти бастионов Оренбурга. Город был основан в устье реки Ори, там, где теперь находится Орск (Оренбург впоследствии был перенесен на место Бердянской крепости).

Уже в 1736 году к стенам кириловского Оренбурга пришел первый торговый караван из Ташкента.

От Оренбурга потянулись дороги к новым городам. Верхнеяицк, Троицк, Бузулук, Красноуфимск и другие крепости были построены и заселены в очень короткий срок.

Когда в 1737 году умер Иван Кирилов, Рычков продолжал службу в Оренбургской экспедиции под начальством не менее знаменитого историка и географа Василия Татищева. Он, как и Кирилов, был одним из питомцев Петра Великого.

В 1740 и 1741 годах из Оренбурга в Хиву ходили Гладышев и Муравин, открывшие древний город Джанкент на Сырдарье. Петр Рычков, имея доступ к донесению исследователей Хивы, составил извлечения из их отчета. Это и была, кажется, первая работа Рычкова как историка.

В 1752 году геодезист Иван Красильников составил 12 карт Оренбургского края. Карты эти готовились как приложение к большому научному труду П. И. Рычкова «Топография Оренбургская». Готовя свою «Топографию», Рычков обращался за советами к М. В. Ломоносову, который успел прочесть всю первую часть книги и дать ей оценку. Исследователь Азии был избран первым русским членом-корреспондентом Академии наук. Он состоял также в Вольно-Экономическом обществе.

В 1759 году Рычков написал «Историю Оренбургскую». Затем последовали «Опыт Казанской истории древних и средних времен», «Введение к Астраханской топографии» и другие труды. В журналах появились статьи П. И. Рычкова о хлопке, верблюжьей шерсти, о размножении лесов и земледелии в азиатских степях и т. д.

Прослужив около сорока лет в новом крае, Рычков в 1770 году был назначен правителем соляных дел в том же Оренбурге. Это дало ученому возможность создать первое описание промыслов Илецкой Защиты.

Когда грянула пугачевщина, историк оказался в осажденном повстанцами Оренбурге. Впоследствии А. С. Пушкину пригодились записки Рычкова «О яицких казаках и об осаде Пугачевым Оренбурга». Рычков виделся с Пугачевым, и тот, прикованный к стене, не то с издевкой, не то по простодушию приглашал ученого разделить с колодником свой скудный обед.

Несмотря на тяжелое увечье (он раздробил кость ноги так, что не мог передвигаться без посторонней помощи), Рычков за год до смерти составил часть исторического и географического словаря Оренбургского края — на буквы от А до М.

Назначенный главным командиром уральских горных заводов, былой спутник Ивана Кирилова отправился в Екатеринбург, где и застала его смерть.

Сын исследователя Николай Рычков продолжал дело отца и с успехом изучал Киргизскую степь.

Целых два века отделяют нас от времен самоотверженной деятельности Петра Ивановича Рычкова, но его труды сохраняют свое научное значение и по сей день.

В ГЛУБИНЫ АЗИИ

В 1724 году «капитан от артиллерии» Иван Унковский, вернувшийся в Петербург из путешествия по Азии, представил русскому правительству карту пройденного пути в бассейнах Иртыша и Или. Чертеж содержал также сведения о городах Восточного Туркестана.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Медвежатник
Медвежатник

Алая роза и записка с пожеланием удачного сыска — вот и все, что извлекают из очередного взломанного сейфа московские сыщики. Медвежатник дерзок, изобретателен и неуловим. Генерал Аристов — сам сыщик от бога — пустил по его следу своих лучших агентов. Но взломщик легко уходит из хитроумных ловушек и продолжает «щелкать» сейфы как орешки. Наконец удача улабнулась сыщикам: арестована и помещена в тюрьму возлюбленная и сообщница медвежатника. Генерал понимает, что в конце концов тюрьма — это огромный сейф. Вот здесь и будут ждать взломщика его люди.

Евгений Евгеньевич Сухов , Елена Михайловна Шевченко , Николай Николаевич Шпанов , Евгений Николаевич Кукаркин , Мария Станиславовна Пастухова , Евгений Сухов

Боевик / Детективы / Классический детектив / Криминальный детектив / История / Приключения / Боевики
60-е
60-е

Эта книга посвящена эпохе 60-х, которая, по мнению авторов, Петра Вайля и Александра Гениса, началась в 1961 году XXII съездом Коммунистической партии, принявшим программу построения коммунизма, а закончилась в 68-м оккупацией Чехословакии, воспринятой в СССР как окончательный крах всех надежд. Такие хронологические рамки позволяют выделить особый период в советской истории, период эклектичный, противоречивый, парадоксальный, но объединенный многими общими тенденциями. В эти годы советская цивилизация развилась в наиболее характерную для себя модель, а специфика советского человека выразилась самым полным, самым ярким образом. В эти же переломные годы произошли и коренные изменения в идеологии советского общества. Книга «60-е. Мир советского человека» вошла в список «лучших книг нон-фикшн всех времен», составленный экспертами журнала «Афиша».

Пётр Львович Вайль , Александр Александрович Генис , Петр Вайль

Культурология / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное