Читаем Вечно полностью

– Знаешь, возможно, когда-нибудь мы увидим в подобном месте и твои работы.

– Ты действительно считаешь, что я настолько хороша?

– Да. У тебя врожденный талант, – ответил Кармин. – И, представь, каких высот ты могла бы достичь, если бы взяла несколько уроков.

* * *

Кармин свернул на объездную дорогу, которая проходила через горы, и ехал до тех пор, пока в поле зрения не появился небольшой домик. Там была только лишь одна комната с кроватью и камином, и прилегающей к комнате ванной. Несмотря на то, что Кармин крайне редко проводил время в подобных местах, ему казалось, что этот домик понравится Хейвен.

Припарковавшись перед домом, Кармин осмотрелся по сторонам. Из-за облаков показалось солнце, которое освещало своими лучами луг. Среди деревьев бродило несколько оленей. Кармин посмотрел на них, когда один из оленей сделал шаг в его направлении, и внезапно почувствовал себя так, словно он попал в какой-то диснеевский мультфильм.

Если бы один из оленей заговорил, он бы бросился бежать куда подальше.

– Что это за место? – спросила Хейвен, пока они выбирались из машины.

Кармин вытащил из кармана ключ.

– Мы остановимся здесь. Я арендовал его.

– Неудивительно, что ты отвел меня в бесплатную галерею. Это место, должно быть, стоило тебе целого состояния, – сказала Хейвен, скептически смотря на него.

Кармин рассмеялся. Она взяла его за руку, обвивая ее своими руками.

– Пойдем, давай поедим. Думаю, я по-прежнему могу себе это позволить.

Достав корзинку, он разослал на траве плед. Хейвен с удивлением наблюдала за происходящим.

– Пикник?

Он кивнул. Хейвен опустилась на плед, вытянув перед собой ноги. Он сел рядом с ней и, достав из корзинки несколько контейнеров, открыл их. Хейвен взяла виноградину и закинула ее в рот, пока Кармин открывал зеленую бутылку. Она с тревогой наблюдала за ним, пока он разливал напиток с пузырьками. Кармин протянул ей стакан, который она с осторожностью приняла.

– Это алкоголь?

– Боюсь, что нет, tesoro. Это виноградный сок. Сегодня мы будем трезвыми.

С удивлением посмотрев на Кармина, Хейвен сделала глоток.

Они разговаривали, ели и смеялись. Хейвен сняла обувь, пока они обсуждали тривиальные вещи вроде телевидения и погоды, после которых углубились в более серьезные темы. Она рассказывала Кармину истории из своего детства – или же подобия оного. В свою очередь, Кармин рассказывал ей о своей матери.

Запустив руку в корзину, Кармин достал две плитки шоколада «Toblerone».

– Диа сказала, что в День Святого Валентина принято дарить своим возлюбленным шоколад.

Хейвен улыбнулась, открывая свою упаковку и отламывая шоколадный треугольник.

– Я не знала, что существует такой день, когда люди демонстрируют свою любовь. Я думала, что в День Святого Валентина произошла только бойня.

Кармин едва не подавился.

– Откуда ты знаешь об этом?

– Об этом упоминалось в «Jeopardy».

Во время бойни, случившейся в День Святого Валентина, семеро членов ирландской группировки были застрелены в Чикаго членами Cosa Nostra. Кармин подумал о том, осознавала ли она связь между их семьей и всеми этими вещами, но решил, что не стоит поднимать эту тему. Меньше всего ему хотелось, чтобы этот вечер был испорчен напоминаниями о том мире, в который они будут вынуждены вернуться.

Они безмолвно наблюдали за заходом солнца. Царящая атмосфера была очень комфортной. Кармин любил эту составляющую их отношений – она никогда не чувствовала себя так, словно ей необходимо заполнить возникшую тишину. Он смотрел в небо, когда неожиданно почувствовал упавшую ему на лоб каплю. Рефлекторно закрыв глаза, он поднял руку, надеясь на то, что на него не опорожнилась какая-нибудь птица. Почувствовав еще одну каплю, он тяжело вздохнул, в то время как Хейвен только лишь рассмеялась.

– Дождь.

Вздохнув, Кармин принял сидячее положение. Конечно же, синоптик и понятия не имел о том, какая сегодня будет погода.

После того, как Хейвен обулась, они направились к домику.

– Тебе нравится моя корзинка? – спросил Кармин.

– Ага. Это ведь плетеная корзина коренных народов Америки?

– О, я не знаю. Разве это не корзинка для пикника?

Хейвен рассмеялась.

– Думаю, у корзин для пикника есть крышки.

Разумеется, из всех людей именно она умела различать корзинки.

* * *

Они устроились на крыльце, когда дождь усилился. Водный занавес скрыл их от окружающего мира. Хейвен безмолвно наблюдала за дождем, пока Кармин перебирал струны своей гитары.

– Ты сыграешь что-нибудь для меня? – спросила Хейвен. Он начал отвечать, собираясь сказать, что он уже что-то наигрывает, но она продолжила, лишая его такой возможности. – Что-нибудь веселое?

Больше никакой «Лунной сонаты».

– Эм, конечно. Я сыграю песню, которая напоминает мне о нас.

– Правда?

– Ага. Это настоящая песня, – сказал Кармин. – В смысле, ее можно услышать на радио или просто послушать.

– Ты споешь?

Кармин уставился на нее. Его пение, вероятно, могло бы не только нанести вред барабанным перепонкам, но и лишить здравомыслия, но ее глаза светились искренней надеждой. Он попросту не мог ей отказать. Не тогда, когда она так на него смотрела.